Архив метки: внешний долг

Чуда не будет

Прежний уровень доходов вернется через несколько лет.
Парализованная власть оставила Украине только два выхода из экономического кризиса — плохой и очень плохой. В первом случае страну ждет глубокий спад в промышленности, безработица и массовые задержки с выплатой зарплаты. Во втором — Украина может пережить банкротство и на несколько лет попадет в списки стран-изгоев.
Мы хуже всех, и достаточно сложно объяснить почему, — комментирует влияние глобального кризиса на Украину Олег Устенко, заместитель исполнительного директора Международного фонда Блейзера. Он анализирует кредитные дефолтные свопы украинских государственных ценных бумаг, выпущенных для займа за рубежом. Кредитные дефолтные свопы — это своего рода страховка от банкротства (дефолта) заемщика. Последние десять дней они пустились в рост, что свидетельствует о росте недоверия иностранных инвесторов к экономике Украины. По данным Устенко, на 11 декабря кредитные дефолтные свопы украинских гособлигаций находились на отметке 3055 базисных пункта. На ту же дату свопы России достигали отметки 800 б. п., а Польши — около 280.
Иностранным инвесторам есть от чего нервничать. За последние 2,5 месяца гривня обесценилась более чем на 60%, опустившись до отметки 8,3 грн. за доллар. Власти не только не могут справиться с набирающим обороты кризисом, но и демонстрируют полное непонимание сути происходящего. Вдобавок перед украинскими банками и компаниями стоит задача: вернуть иностранным кредиторам в следующем году около $29 млрд. — сумма астрономическая и вполне сопоставимая с золотовалютными резервами всей страны — $32,743 млрд.
Страна ходит с завязанными глазами. Это называется сознательный развал экономики. Нельзя доверять выход из кризиса тем людям, которые в него завели, — жесток в формулировках советник министра экономики, экс-заместитель главы Национального банка Украины Сергей Яременко. По его мнению, в ближайшие полгода страна будет вынуждена объявить дефолт — т.е.
признать себя банкротом. Дальше будет жопа — я об этом говорю уже полгода, — горячится Яременко.
Дефолт означает, что Украина на пять-десять лет попадет в список стран- изгоев, которым никто не выдает кредитов, а они для нашей экономики жизненно необходимы. Внешние займы — это воздух для украинской экономики, ими она жила последние несколько лет, — описывает ситуацию глава аналитического департамента Astrum Инвестиционный Менеджмент Юрий Белинский.
Банкрот — это звучит выгодно
Государственный дефолт таит не только опасности. Незадачливым банкирам и промышленникам он может сыграть на руку и позволит переложить собственные долги на плечи государства и рядовых налогоплательщиков. Могут ли украинские финансовые и промышленные магнаты за небольшую благодарность убедить власти объявить о дефолте? Или чиновники сами не справятся с ситуацией и допустят его? Пока в это верит только Сергей Яременко.
Большинство опрошенных 24 экономистов, банкиров и аналитиков считают, что Украину ожидает менее драматичное развитие ситуации. У стран, которые объявляли дефолты, показатели кредитных дефолтных свопов были гораздо хуже украинских, вспоминает Устенко. Например, у Аргентины, объявившей себя банкротом в 2001 г., он был на уровне 10 тыс. базисных пунктов, а не 3 тыс. б.п., как у нашей страны сейчас.
Совокупный госдолг Украины на 31 октября составляет 95,6 млрд. грн. — это чуть более 12% внутреннего валового продукта, поэтому не критично, уверен директор экономических программ Центра им. Разумкова Василий Юрчишин. Долг в $29 млрд. корпоративного и банковского сектора, скорее всего, будет отсрочен. Большую его часть составляют долги дочек иностранных банков.
На сегодняшний день можно получить разрешение на перекредитование порядка $14-15 млрд. совокупного банковского и корпоративного долга, — уверен Устенко. С ним соглашается председатель правления Укрпромбанка Александр Солтус и большинство финансовых аналитиков.
Будет плохо, но не ужасно плохо
Однако по внешним долгам все равно придется платить точно так же, как и оплачивать миллиардные счета за российский газ. Падение гривни усложнит эти расчеты, потребуется больше денег, которые государство возьмет из кармана обычных граждан, считает начальник инвестиционно-банковского департамента Укрсоцбанка Эрик Найман. Украина — не Эквадор, дефолта не будет. Скорее, будет дефолт по выплате пенсий и социальных платежей. Но это назовут задержки выплат, — говорит банкир.
Государственного дефолта Украина, возможно, избежит, но обанкротятся многие украинские компании, занимавшие за рубежом. Первую волну банкротств, которая погребет небольшие банки, страховщиков и строительные компании, ожидают уже в начале 2009 г. Это ухудшит экономические показатели страны и добавит социальной напряженности. Самое плохое, что нас может ожидать — резкое падение объемов производства в реальном секторе экономики. К сожалению, статистика последних месяцев очень неутешительная, — говорит Олег Устенко из Bleyzer Foundation.
Этот процесс будет болезненный для бизнеса и для населения, но он необходим для оздоровления экономики, уверен аналитик Юрчишин. Нынешняя власть не способна предложить новые пути выхода из кризиса, а экономика страны была слишком перегрета, неконкурентна, жила на заемные средства и производила слишком мало продуктов. Банкротства следует воспринимать как единственную возможность самостоятельного реформирования и реструктуризации, считает эксперт.
Нужны реальные действия Нацбанка как регулятора для восстановления доверия к действиям властей на финансовом рынке — это главное, что требуется от НБУ! Все должны понимать правила игры Нацбанка. Более того, они (правила. — 24) должны быть абсолютно прозрачными и справедливыми.
Во многих странах кризис завершался плохо, когда к властям терялось доверие.
Олег Устенко, заместитель исполнительного директора Международного фонда Блейзера (The Bleyzer Foundation)
СЛОВАРЬ
Дефолт (англ. default — невыполнение обязательств) — невыполнение договора займа, то есть неоплата своевременно процентов или основного долга по долговым обязательствам или по условиям договора о выпуске облигационного займа.
Дефолт могут объявлять как компании, частные лица, так и государства (суверенный дефолт), неспособные обслуживать все или часть своих обязательств.
Ипотечный дефолт
Мировой финансовый кризис начался с ипотечного кризиса в США. Доля невозвращенных кредитов составила около 9%, это и разорило многие американские банки. В Украине есть предпосылки для такого сценария: недвижимость дешевеет, а доля проблемных кредитов составляет уже 10,35%.
Все вполне могло бы окончится дефолтом нескольких банков. Однако рынок ипотеки в Украине только начал развиваться. Украинские банки, в отличие от американских, не успели массово выпустить так называемые ипотечные облигации. Поэтому нынешний обвал цен на недвижимость завершится тем, что несколько банков вынуждены будут продаться конкурентам, но к усугублению кризиса на других рынках это не приведет.
История дефолтов за последние 10 лет
13 декабря 2008 г. Президент Эквадора Рафаэль Корреа заявил, что его страна не будет в ближайшее время выплачивать внешние долги, которые составили $10,6 млрд. (20% от ВВП страны)
9 декабря 2008 г. Минфин Латвии заявил о возможности дефолта в стране в 2009 г., если республике не удастся получить экстренный кредит от международных организаций.
Октябрь 2008 г. На грани дефолта в результате финансового кризиса оказалась Исландия. Избежать его удалось только благодаря выделению кредита Международным валютным фондом, а также Финляндией, Швецией, Норвегией и Данией на общую сумму $4,6 млрд.
28 августа 2002 г. Дефолт объявила Нигерия. Она задолжала своим кредиторам около $30 млрд.
27 июня 2002 г. Конгресс США предотвратил неизбежный федеральный дефолт, проголосовав за повышение лимита государственного долга страны.
24 декабря 2001 г. Аргентина объявила о прекращении выплаты внешнего долга в размере $155 млрд. Этот дефолт назвали крупнейшим в истории.
17 августа 1998 г. Правительство России объявило дефолт, составивший около $37 млрд.
Голодный дефолт по-аргентински
История крупнейшего в мире аргентинского дефолта 2001 г. зарождалась еще в 1980-х годах. Все началось с гиперинфляции местной валюты, которую решили остановить привязкой к доллару. Эта стратегия работала на протяжении какого- то времени. Искусственно поддерживаемый курс на самом деле снизил темпы инфляции, однако он не способствовал поддержке темпов экономического роста.
Первым болезненным ударом для Аргентины стал экономический кризис в Юго- Восточной Азии в 1997 году. Из-за этих экономических потрясений страна заплатила за поддержку обменного курса очень дорого. К моменту объявления дефолта в 2001 г. уровень безработицы в Аргентине даже по официальным данным превышал 18%. В стране с населением в 37 млн. человек насчитывалось около 15 млн. неимущих. Населению разрешили снимать с банковских счетов наличными не больше $250 в месяц. Каждый день ниже уровень бедности оказывалось 2 тыс. человек. Была отсрочена выплата пенсий 1,4 млн. пенсионеров.
В декабре 2001 г., после четырех лет глубокого экономического кризиса, народное терпение лопнуло. По всей Аргентине прокатилась волна массовых беспорядков, вылившаяся в разграбление магазинов. Представители наименее обеспеченных слоев населения, принимавшие участие в грабежах, выносили из супермаркетов в основном продукты питания. Полиция не смогла предотвратить случившееся, несмотря на применение слезоточивого газа и резиновых пуль.
Только в Буэнос-Айресе на улицы вышли десятки тысяч человек. В результате стычек с полицией погибли как минимум 25 человек, сотни были ранены, более трехсот зачинщиков беспорядков арестовали.
Правительство Аргентины, пытаясь предотвратить дальнейшие грабежи, приняло решение в срочном порядке закупить продовольствие на сумму $7 млн. и раздать его необеспеченным гражданам. Президент страны Фернандо де ла Руа обратился к нации и сообщил о введении чрезвычайного положения. Ответ на заявление президента был молниеносным: десятки тысяч человек вышли на улицы столицы и начали бить металлическими предметами по пустым кастрюлям. В результате Фернандо де ла Руа был вынужден уйти в отставку. Уже 24 декабря 2001 г. избранный и. о. президента Адольфо Родригес Саа объявил о дефолте Аргентины в размере $155 млрд.

Не спрашивай, по ком плачет доллар…

Последние мировые кризисы и наша экономическая ситуация
О нынешнем кризисе, его природе, протекании болезни и возможных последствиях немало сказано и написано. Мы же хотим вспомнить о наиболее ярких экономических кризисах недавнего прошлого. Первый — мексиканский, который интересен тем, что за без малого 15 лет он повторился дважды. Затем азиатский, перекинувшийся на Россию. И, наконец, аргентинский: его апофеозом стало бегство президента из страны на вертолете. Какой вариант повторим мы? Или у нас собственный путь? Об этом ниже…
Мексика
До начала 1980-х годов экономическая политика Мексики была направлена на расширение добычи и экспорта полезных ископаемых с широким привлечением для этого иностранных кредиторов. Результатом такой политики стали сравнительно высокие темпы прироста промпроизводства — до 8% в год (в основном — за счет добывающих отраслей) и высокая внешняя задолженность (на то время — второе место в мире после Бразилии).
В начале 80-х годов стало очевидно, что стратегия, ориентированная на регулярное получение иностранных займов в расчете на покрытие их доходами от экспорта сырья, в первую очередь нефти, себя не оправдала, к тому же в этот период на мировом финансовом рынке росли проценты по кредитам. В августе 1982 года правительство Мексики заявило о неспособности осуществлять платежи по внешней задолженности в полном объеме. В стране стал проводиться курс жесткой экономии, направленный на ограничение внутреннего спроса. Почти все частные банки были национализированы, причем иностранные инвесторы не имели права участвовать в акционерном капитале мексиканских банков. Активное сальдо торгового баланса использовалось в основном для погашения обязательств по внешнему долгу, что в свою очередь блокировало возможности капиталовложений в развитие национальной экономики.
В результате среднегодовой прирост ВВП в 80-е годы составлял 2,5%, и Мексика работала в основном на обслуживание внешнего долга — соответствующие расходы достигали 45% стоимости экспорта товаров и услуг.
Для спасения экономики Мексики МВФ предложил банкам-кредиторам предоставить ей дополнительные кредиты. В результате внешний долг Мексики увеличился к середине 90-х годов примерно в 3 раза по сравнению с началом последнего десятилетия прошлого века, а отношение внешнего долга к ВВП возросло с 24% в 1980 году до 44% в 1994 году.
Пересмотр прежней экономической стратегии Мексики на базе идей неолиберализма начался уже с 1985 года, когда была объявлена программа реорганизации государственного сектора, разгосударствления и приватизации, объектом которой на первых порах стали убыточные и малорентабельные предприятия, имевшие просроченную внешнюю задолженность. Широкое распространение в ходе распродажи активов государственного сектора получили сделки своп — обмен долговых обязательств на акции приватизируемых предприятий.
Однако в 1994-1995 годах в Мексике разразился новый экономический кризис.
В конце 80-х годов мексиканское правительство в погоне за иностранными инвестициями стало спешно проводить (без учета последствий) политику открытия фондовой биржи для иностранных инвесторов, обеспечения высоких процентных ставок и мер по защите иностранных портфельных инвестиций.
Результатом этой политики стал хлынувший в Мексику в 1989-1994 годы поток иностранного спекулятивного капитала.
Непосредственным импульсом к кризису 1994-1995 годов явилась девальвация песо, проведенная в конце 1994 года в целях содействия развитию экспорта и защиты национальных производителей от чрезмерного импорта. К этому экономическому фактору добавился политический — крестьянские волнения в самом бедном штате Чьяпас. Первым проявлением кризиса стало бегство иностранных спекулятивных капиталов из Мексики, вызванное опасениями за экономическую и политическую стабильность в стране. В течение 1995 года из страны было изъято около $10 млрд. Массовый перевод средств за границу привел к кризису банковской системы, следствием которого явилось банкротство ряда коммерческих банков и сокращение валютных резервов страны.
Кризис 1994-1995 годов грозил значительными потерями иностранным, в первую очередь американским, инвесторам. США поспешили на помощь Мексике как партнеру по торговой организации НАФТА. Вместе с МВФ Соединенные Штаты Америки приняли срочные меры по спасению мексиканской экономики и выступили гарантами пакета помощи в $51 млрд. Правда, именно американские корпорации стали основными бенефициарами ассигнований правительству Мексики на мероприятия по выводу страны из кризиса. Они извлекали несомненные выгоды от этих ассигнований: во-первых, правительство Мексики употребило эти средства на погашение своих финансовых обязательств перед иностранными инвесторами, а во-вторых, предоставление помощи было обусловлено рядом обязательств со стороны правительства Мексики, в частности, по осуществлению приватизации стратегически важных отраслей экономики, включая нефтехимию. Долларовые вливания в Мексику обусловили сравнительно быстрый выход страны из кризиса. Падение производства в 1995 году на 6,6% и инфляция в 52% сменились приростом выпуска продукции в 1996 году на 5,2% и снижением инфляции до 17%.
Азия
Следующий (в хронологическом порядке) масштабный кризис произошел в 1997- 1998 годах, его последствия изрядно прочувствовали и украинцы. Началось все с так называемых азиатских тигров, которые на протяжении периода с середины 80-х до середины 90-х годов были буквально образцом экономического роста. Но рост экономики не может длиться вечно. И волна оптимизма и радужных надежд в октябре 1997 года внезапно закончилась. Объем иностранного капитала, ежегодно инвестировавшегося в азиатские страны, в 1996 году составлял около $100 млрд. Но уже во второй половине 1997 года отток капитала из этих стран происходил почти такими же темпами. Ожидания экономического роста в несколько последующих лет не оправдались (не только для стран Азии, но и для мировой экономики в целом). Об угрозе национальным валютам в ряде азиатских стран начали говорить еще весной 1997 года. Но к лету 1997-го все вроде бы успокоилось, и осенние события были достаточно внезапными.
Кризис начался со значительного падения курса таиландского бата, что повлияло на ослабление валют других стран Северо-Восточной Азии. Этот процесс ускорился после объявления Тайваня о девальвации своей национальной валюты в октябре 1997 года. Во второй половине 1997 года обменный курс валюты в Индонезии упал более чем на три четверти, тайский бат и корейская вона обесценились почти вдвое, филиппинский песо и малайзийский ринггит потеряли более 40% своей стоимости. Рынки финансовых активов и недвижимости в азиатских странах также значительно обесценились.
Чтобы остановить продолжающийся экономический спад азиатского региона и ограничить его распространение в глобальном масштабе, МВФ и казначейство США послали своих представителей в проблемный регион. Эти организации предложили азиатским странам финансовую помощь с требованием проведения экономических реформ. Программы финансовой помощи (в размере $118 млрд.) помогли временно восстановить относительное спокойствие в регионе и сократить дальнейшее распространение дефолта в других государствах Азии.
Реально финансовая помощь МВФ больше помогла сократить потери банков Японии, США и Германии, предоставивших рискованные кредиты странам азиатского региона.
Однако на этом кризис не закончился, он перекинулся в Россию. Российская экономика и ее финансовые рынки к тому времени стали полноправными участниками международного рынка, и происшедшее в Азии имело достаточно сильное влияние на РФ. В первую очередь выросла доходность по предоставлявшимся России внешним займам, во-вторых, из-за снижения мирового потребления ресурсов цены на традиционные виды экспортных товаров России пошли вниз. В-третьих, международные инвесторы снизили объем инвестиций в развивающиеся страны, в том числе и в Россию.
Реакция российского фондового рынка на события в Азии практически ничем не отличалась от того, что произошло на других рынках. Как и во всем мире, индекс РТС резко упал, и с незначительными попытками роста снижался до декабря 1997 года. В декабре оптимисты на российском рынке сумели поднять стоимость российских акций на 20%. Подъему рынка способствовал рост акций в США, а также ожидание того, что теперь инвесторы направят свои средства не на рынок азиатских стран, а в Россию. Но как наивны они оказались! Рост цен акций в США происходил, в том числе, под влиянием заявлений мажоритарных акционеров о покупке акций. Например, с таким заявлением выступил Билл Гейтс. Другим проявлением патриотизма стал сбор населением золота в Корее для пополнения резервов страны. В России аналогичного стабилизирующего фактора не оказалось. Наоборот, стал наблюдаться отток с рынка средств не только непатриотичных нерезидентов, но и большинства резидентов. Итогом стал объявленный 17 августа 1997 года дефолт по внешним обязательствам государства Россия и почти четырехкратная девальвация рубля.
Аргентина
Последним из описываемых в данном материале будет аргентинский экономический кризис. В конце 2001-го мужчины с кейсами, набитыми американскими долларами, мощным потоком ринулись на пароходах из Буэнос- Айреса через реку Ла-Плата в уругвайскую столицу Монтевидео. В тамошних банках они выстроились в очереди, стали класть доллары на банковские счета и забивать ими ячейки. Уругвай — это южноамериканская Швейцария, надежная гавань для денег в смутные времена. Здесь не принято спрашивать, откуда миллионы.
Когда доллары были переведены за рубеж, наступила вторая фаза краха: аргентинское правительство заморозило все счета, запретив снимать в неделю более $250. Это ударило по мелким вкладчикам, оставившим свои деньги в банках. Десятки тысяч людей в отчаянии бросились в банки, многие ночевали возле банкоматов. Последний же этап разрухи начался в предместьях Буэнос- Айреса. Сначала на 60% снизилось потребление, а затем молодежь принялась грабить магазины. Под Рождество 2001 года 40 тысяч человек собрались на Пласа-де-Майо перед президентским дворцом. В течение дня и ночи они колотили сковородками по кастрюлям, и президент Фернандо де ла Руа, оказавшись на грани нервного расстройства, бежал из страны на вертолете.
Преемник президента де ла Руа отменил ограничения на обменный курс песо, который до этого был привязан к доллару в соотношении 1:1. Десятки тысяч мелких предпринимателей, набравших долгов на базе доллара, объявили себя банкротами. Безработица подскочила до 25%. В течение двух лет в Аргентине сменилось пять президентов. В 2003 году всех победил губернатор одной из провинций Нестор Киршнер. Он и стал новым главой государства. И тут же отказался от кредита МВФ, сообщив многочисленным иностранным кредиторам, что своих внешних долгов в размере $145 млрд. Аргентина погасить не сможет.
Вместо послесловия
Многое из описанного выше мы можем отыскать и в нашей экономической ситуации: и приток краткосрочного спекулятивного капитала, который властью воспринимался как невиданное благо, и перешедшее все границы превышение объемов импорта над объемами экспорта, и последовавший в самый неподходящий момент отток средств инвесторов-нерезидентов, и запреты на снятие денег в банках, и сокращение международных резервов. Жизнь еще раз доказала, что люди ничему не учатся. Ни на чужих ошибках, ни на своих (а ведь именно Ющенко и Стельмах стояли у руля НБУ в 1993-1998 годах).
Что ждет Украину? Все прогнозируемо. Отправной точкой будет кредит МВФ. На полученную сумму увеличат международные резервы Украины. Затем эмитируют гривню в эквиваленте размера выплат по кредитам (и процентам по займам), которые должны погасить государство и корпоративные заемщики в ближайшие 1- 2 года. Эмитированные гривни будут даны в кредит Минфину и корпоративным заемщикам. Они приобретут на них доллары и евро, после чего погасят свои внешние долги. Благодаря кредиту МВФ кредиторам нашей страны и украинских компаний удастся вернуть долги. Международные резервы, также благодаря кредиту МФВ, не уменьшатся. То есть МФВ решает две проблемы — спасает Украину от дефолта, а иностранных кредиторов нашей страны и отечественных компаний от убытков. Не уверен, что стоит в чем-то обвинять МВФ, который, по сути, выполняет свои уставные функции.
Что будет в итоге с нами? Полагаю, что выживем. Правда, совсем иные курсы будут в пунктах обмена валют и совсем другие ценники в магазинах. Впрочем, мы это уже проходили. Другое дело, что выводов никаких мы, граждане Украины, не сделали. Иначе другие бы люди руководили экономикой нашей страны. Был бы от этого лучший результат? Тоже не очевидно.

Уверен, что гривня укрепится

О перипетиях происходящего на отечественном финансовом рынке и в банковской системе ЗН расспросило у одного из основных действующих лиц — председателя правления Укрсоцбанка Бориса Тимонькина.
Дочки-матери
— Борис Владиславович, в последнее время появилось немало противоречивой информации об изменившемся в связи с кризисом отношении иностранных материнских структур к своим дочкам в Украине. Менялась ли за последнее время политика UniCredit Group в отношении Укрсоцбанка?
— Сразу скажу: никаких специальных решений по Украине не было. Есть определенные изменения в стратегии группы на следующий год по всей Центральной и Восточной Европе. Они отражают сегодняшние реалии как общемирового, так и регионального рынка. Естественно, не может быть и речи о прежних темпах кредитной экспансии, не будет открытия новых точек. Введен режим максимальной экономии расходов — текущих и капитальных. В группе UniCredit все организовано жестко. Идет централизованное фондирование — никто его не отменял и не изменял.
Что касается конкретно Укрсоцбанка, то мы не планируем физического увеличения кредитного портфеля в следующем году. Наверное, в моновалютах будет даже некоторое снижение. Что, на мой взгляд, вполне оправданно при спаде в экономике.
А что касается истерик по поводу вывода капитала за пределы Украины… Я специально поговорил с коллегами из четырех крупнейших дочек иностранных банков — N2, 3, 4 и 9 в банковской системе. Никто в ноябре никаких средств в пользу учредителей не выводил.
— А в октябре?
— И в октябре тоже. Никаких значительных выводов ресурсов из Украины не было. Практически единственный вариант, когда валюта от нас уходила к нерезидентам, — это случаи, когда материнские структуры приобретали гривневые облигации своих дочек. Сейчас гривню, получаемую при погашении облигаций, они тут же предъявляют к обмену на валюту, и мы вынуждены выводить их заявки на рынок.
Был один крупный выход и из долларовых облигаций: одна из крупнейших украинских корпораций погашала публичный заем — евробонды на 480 млн. долл.
У заемщика наступил срок погашения, он свои обязательства выполнил, что очень важно. Выплата происходила, естественно, через скупку доллара за гривни. И эти покупки сформировали значительную часть спроса на валюту. Но это не банк, а клиент выходил.
— Кто и зачем тогда будоражит систему, провоцируя недоверие к дочкам иностранных банков?
— Кто — это вам, журналистам, виднее. Вы были бенефициарами этой информации… Я с 1993-го по 2001 год работал в Первом украинском международном банке. Это был первый в Украине банк с международным участием, и в те годы в таком учреждении работалось гораздо сложнее. Мы иногда наталкивались на дикие вещи: то нас в шпионаже обвиняли, то была истерика депутатов, что, открыв обменный пункт в Борисполе, мы собираем последнюю валюту в стране и тут же вывозим ее самолетами…
Сегодня вспоминать об этом смешно. А тогда все было очень серьезно: проверки с пристрастием прокуратуры, масса потраченных нервов…
Думаю, в этом есть определенная особенность человеческой психики: что-то чужое всегда воспринимается с большей настороженностью. И всегда, когда в трудной ситуации хочется найти козла отпущения, стрелка интуитивно переводится на что-то чужое. Это что-то не совсем понятно, и ты начинаешь подозревать, что там что-то варится…
— Но иностранцы — и они для нас, и мы для них — действительно чужие. И наши проблемы г-на Профумо (главный управляющий UniСredit Group) волнуют меньше всего и в последнюю очередь…
— Когда такая крупная финансовая группа, как UniCredit, начинает где-либо разворачивать или сворачивать свою деятельность, то действует рационально.
Она ведь не с кондачка заходила в Центральную и Восточную Европу (ЦВЕ), и в Украину в частности как одну из крупнейших стран в регионе. Наоборот, группа уже давно объявила, что развитие бизнеса в ЦВЕ является стратегическим направлением ее деятельности. От подобных стратегических решений так просто не отказываются.
Прибыль UniСredit Group после налогообложения за девять месяцев нынешнего года составила 3,4 млрд. евро. По результатам 2008 года ожидается 5,4 млрд. евро. В октябре проведено увеличение акционерного капитала на 3 млрд. евро.
Кроме того, принято решение акционеров не выплачивать дивиденды по итогам текущего года, практически полностью капитализировать всю прибыль.
Так вот, в отчете отмечается, что одним из главных слагаемых положительного результата стал значительный рост бизнеса группы в регионе ЦВЕ, прибыль которого по сравнению с аналогичным прошлогодним периодом увеличилась в полтора раза. Укрсоцбанк, кстати, здесь выглядел далеко не худшим образом: за девять месяцев 2008 года наша прибыль составила более полумиллиарда гривен.
Да и если посмотреть на темпы девальвации валют в странах ЦВЕ, то Украина ничем не выделяется. Думаю, если Россия сейчас опустит курс до 40 руб./долл., и там начнутся аналогичные процессы…
Внешний долг и валютный курс
— Судя по премиям за риск по дефолтным свопам и дисконтам в котировках отечественных евробондов, Украина как раз очень сильно выделяется, причем не в лучшую сторону…
— Такие оценки часто основываются на отсутствии в Украине прозрачной статистики внешнего долга. А профессиональный анализ показывает, что какого- то сверхъестественного публичного корпоративного внешнего долга, который действительно влияет на рейтинг страны и способен привести ее к дефолту, на самом-то деле и нет. И пальцев одной руки хватит, чтобы посчитать сумму, которую публичные заемщики должны в следующем году выплатить. Ничего особенного. У большинства наших соседей ситуация намного хуже. Плюс политическая нестабильность…
— Почему тогда никто не сделает реальную статистику и структуру украинского внешнего долга публичной? Ведь это тоже элемент спекуляций…
— Это спекуляции, которые публикуются рейтинговыми агентствами или банковскими аналитиками, основываясь на каких-то общих цифрах. У них же нет этой информации, нет к ней доступа. Как, например, не работающий в Украине иностранный банк может печатать выводы о неизбежности дефолтов, если на самом деле не знает реального положения дел, не владеет полноценной детализированной статистикой?!
Все внешние заимствования регистрируются в Нацбанке: куча бумаг, согласований, — но там тоже нет централизованной базы данных. При этом нет еще и четкой понятийной базы. Например, собственники такой-то компании дали себе же деньги из своего офшора на год. Если база данных ведется формально, то в ней это выглядит как внешний заем, и эта база не дает ответа на вопрос, реально ли кто-то кому-то что-то должен, или просто произошла переброска ресурсов с одних счетов на другие.
Мы часто с этим сталкиваемся при кредитовании заемщика. И, естественно, в таких случаях требуем сделать оговорку, что нам долг должен быть возвращен раньше, чем офшору. Да нет проблем, — говорят нам. — Это наши же деньги, мы себе продлим этот долг десять раз.
Лишь один раз в своей жизни я столкнулся с ситуацией, когда некие деятели попытались вывести деньги на свою офшорку в обход реальных кредиторов. Но и здесь ситуацию можно контролировать, ведь деньги выводят не в чемоданах через подъезд, а через банк. Если клиент покупает валюту на возврат офшору, целевое назначение такой операции можно проверять и контролировать: Пускай подождет!
Кроме того, чтобы купить валюту на возврат офшору, украинскому резиденту сегодня нужно хотя бы гривню иметь. Если у кого-то есть долг в 100 млн. долл., то чтобы купить у Нацбанка необходимую сумму в валюте, при сегодняшнем курсе надо выложить 750 млн. грн. Могу ответственно заявить: ни у одного украинского резидента сегодня нет 750 млн. грн. и нет возможности взять эти деньги в банках. Все, вопрос закрыт.
А если собственнику должна его собственная структура, он что, будет ее сознательно банкротить? Не будет. Поэтому переложите эту ответственность на собственников, и они сами с ней справятся!
— Сколько денег, времени и усилий необходимо, чтобы решить проблему создания адекватной системы учета и анализа внешнего долга?
— Ее, наверное, невозможно решить силами одного центробанка. У его сотрудников есть заявка, есть сроки, все формальности соблюдены — можно только поставить визу. Получается, что такую базу данных надо создавать вместе с коммерческими банками. Но это тоже нельзя делать чисто формально.
Недавно нам разослали специальную форму, дали на ее заполнение три дня.
Понятно, как за три дня такую работу можно сделать. Нужен минимум месяц, чтобы встретиться с клиентами, понять ситуацию, дать свою оценку вероятности вывода-невывода денег, продления займов. И только после такой скрупулезной работы можно что-то определить, оценить масштабы.
Но даже без этого попытки фиктивного возврата или вывоза валюты можно элементарно задавить при контроле ее продажи. Причем это не вызовет особых обострений, потому что, как правило, это свои же деньги.
Другое дело — публичные займы. Там нужна поддержка. И денег надо дать, и решать проблему нужно. Но публичные долги корпоративных заемщиков плюс долги мировых компаний, еще раз повторю, легко посчитать. И увидеть, что ничего трагического там нет.
— Но на этих вещах ведь спекулируют сами же чиновники! Пользуясь тем, что никто не знает реальных масштабов проблемы, они утверждают, что если держать курс, то никаких резервов не хватит. Чиновники НБУ почти каждый день делают взаимоисключающие заявления, сами сеют смуту, проводят какие-то непонятные эксперименты на валютном рынке. Потратили уже почти 10 млрд.долл. из резервов, а толку?
— Со времени еще первого совещания у президента все больше укрепляюсь во мнении, что первые предложения были правильными — резко, за одну ночь, опустить курс до необходимого уровня, а потом держать. Причем держать не через выведение прямых клиентских заявок на межбанк, которые только провоцируют дополнительное падение гривни.
Почему? Очень часто инвесторы-нерезиденты, которые были в гривневых бумагах и которые сейчас выходят, делают это на фоне этакого вселенского испуга.
Они готовы приобретать доллар по семь, восемь, десять гривен — им все равно, лишь бы выйти. Но ведь эти заявки попадают в систему, и это уже ориентир. Это уже какие-то рыночные котировки, и они тянут за собой другие.
Сейчас Нацбанк серьезно обсуждает введение института маркетмейкеров — группы крупных банков, через которые все будут работать. Эти банки будут собирать клиентские заявки, частично сводя их внутри себя и выводя на межбанк только остаток. С этими банками уже можно будет говорить, на мой взгляд, очень легко. И с их клиентами тоже. Ты принес мне заявку 8, а я не беру! При жесткой позиции банковского сообщества (например, заявок по 8 мы не берем, только по 7) можно быстро отсеять паникеров.
Сегодня можно и нужно действовать не только чисто экономически — необходима определенная административная поддержка. Нацбанк в частично ручном режиме спокойно может отрегулировать эти проблемы.
— В Нацбанке есть понимание этой позиции?
— Да. Нацбанк поэкспериментировал с разными методологиями функционирования валютного рынка, и это тоже непростая вещь. Он ведет диалог с международными финансовыми организациями. Те ему говорят: Отпустите курс.
На прошлой неделе у нас была встреча группы банкиров с миссией МВФ. И глава миссии говорит: Отпустите курс — он сам откорректируется и дойдет до дна.
Мы возражаем: Так нет дна! — Почему нет дна? — Да потому, что в двухвалютной стране, где половина денег — гривня, а половина — доллар, даже если доллар стоит миллион гривен, но все знают, что еще через день он будет стоить уже 1 млн. 10 тыс., все будут покупать доллар. И абсолютно все равно, сколько он уже стоит. Все занимаются спекуляцией ради спекуляции. К этому нельзя подойти с европейским, или каким-то другим, общепринятым подходом.
Представители МВФ стали приводить нам примеры: Посмотрите, что произошло в Австралии. Упали сырьевые цены, у них тоже экспорт снизился, значит, австралийский доллар девальвировал. Но это совсем другая страна, у которой есть только одна валюта — австралийский доллар. Точно так же, как в Европе есть одна валюта — евро, а в Штатах — американский доллар. И того, что евро был 1,6, а стал 1,3 к доллару, большая часть населения даже не заметила бы, если бы в новостях не сказали. Большинство американцев евробанкноты вообще никогда в жизни не видели, если в Европу не ездили. Для нас же падение курса критично, а раз критично, давайте все вместе с этим что-то делать, как-то курс стабилизировать.
Впрочем, я искренне считаю, что пусть с трудностями, сложностями и нервами, но мы стабилизации уже практически достигли. Курс практически уже встал.
Дороже доллар не нужен никому.
На рынке уже нет истерики дай доллар, когда были заявки на 500-700 млн., там стало гораздо спокойней. И в дальнейшем напряжение будет ослабевать.
— Вы уверены, что уже произошел окончательный перелом тенденции?
— При ограничении долларового кредитования у нас сегодня в дефиците уже не доллар, а гривня. Соответственно, растут цены на гривню. Вы знаете и о ценах на ночные межбанковские ресурсы, которые достигают 50-80% годовых.
Растут, соответственно, цены на кредиты для конечного заемщика. И это сегодня — гривня, гривня, гривня… А раз гривня, то это должно адекватно отразиться в том числе и на ее курсовой цене.
В принципе, в последнее время у нас в Укрсоцбанке уже даже гривневые депозиты начали понемногу расти. Чем это объясняется? Думаю, народ сильно перенервничал из-за курса гривни. А сейчас стало понятно, что курс уже достиг определенной границы, мало кто бросается покупать валюту — дорого.
Наш банк уже две недели не выходил на межбанковский рынок: заявки практически сбалансированы. Нашей открытой валютной позиции хватает, чтобы удовлетворить своих же клиентов, которым надо купить доллары для погашения кредитов и процентов.
При этом Укрсоцбанк занимает более 5% рынка. Так что выборка репрезентативная.
Межбанковский рынок тоже сбалансировался. По объективным причинам произошло значительное снижение экспорта, но и импорт уже существенно снизился, поэтому и у импортеров нет особого интереса переплачивать за доллар.
Они ведь тоже видят, что люди стали значительно осторожнее тратить деньги на бытовую технику и автомобили. Не прошли бесследно скачки курса, кредитование закрылось, падают реальные доходы — у населения объективно снижается покупательная способность. Поэтому ситуация носит другой характер, чем та, когда взрывообразно рос импорт и увеличивался разрыв платежного баланса.
Сегодня очень важно поддержать эту тенденцию, показав населению и бизнесу, что курс дальше не падает. Ведь если он дальше не падает, человеку, у которого осталась гривня, бессмысленно покупать доллар. О запретах и разрешениях
— Что вы скажете о готовящемся запрете на валютное кредитование?
— Мне кажется, что в данных условиях это рационально, хотя кредитование и так было ограничено антикризисным 319-м постановлением.
В первом полугодии нынешнего года две трети кредитной нагрузки брал на себя доллар, а гривня выполняла в основном роль средства внутреннего платежа.
Объективно, если сегодня банки потеряют интерес к доллару как кредитному ресурсу, то как они будут действовать на рынке? Они снизят ставки по долларовым депозитам. Они будут бегать только за гривней. Это тот фактор, который меняет баланс интересов. Раз банку доллар особо не нужен, то и разница в ставках станет еще больше, а значит — и вклады при стабилизировавшемся курсе опять начнут переводиться в гривню.
— Тогда даже не нужно запрещать долларовые депозиты…
— Запрещать их нельзя. Это неправильно: у людей есть актив, как его можно сделать незаконным? Не надо ничего запрещать — достаточно сделать его невостребованным. А если он не нужен банку, то он становится малоинтересен.
Запрет валютного кредитования тоже ведь приемлем лишь как временная мера.
Не вечная, но на сегодняшний день правильная: в кризисных условиях необходимо сместить баланс интересов. Тогда доллар будет нужен банку только для того, чтобы накопить денег для выполнения каких-то внешних обязательств. Для развития — нет. Но еще раз повторюсь, эта мера может быть лишь временной, до устойчивой стабилизации, потом ее нужно отменять.
— Почему?
— У нас денежная база сейчас около 175 млрд. грн. Это деньги у населения, в кассах банков и деньги на корсчетах банков в НБУ, т.е. вся ликвидность, которая есть вообще в обороте. Более 150 млрд. из этой суммы — наличные, которые никак, кроме как средство платежа, на экономику не работают.
Есть согласованные с МВФ маяки роста денежной базы — 11% на следующий год. Следовательно, с нынешних 170-175 млрд. она вырастет максимум до 200 млрд. грн. Если гривня становится главным кредитным ресурсом, и долларовая составляющая, на которую еще недавно приходилось 2/3 в кредитах, полностью исчезает, для удовлетворения кредитных потребностей экономики этой суммы объективно чрезвычайно мало. Гривня будет оставаться и супердефицитной, и слишком дорогой. Какое там кредитование?
Посмотрите, что сегодня делают остальные страны? Они эмитируют деньги, поддерживая экономику. Если же мы свою окончательно зажмем, то ей станет совсем плохо.
Мы 17 лет строили эту страну, по крупицам поднимая ее из экономической разрухи. А что мы делаем сейчас, все ужимая, практически не выдавая кредитов? Мы выжимаем живую кровь экономики, и ей от этого плохо. Банки снижают кредитный портфель, потому что у них нет другого выхода, и перестанут это делать, как только начнет увеличиваться депозитный портфель.
А это, в свою очередь, произойдет только после стабилизации курса гривни.
Сегодня же возникла парадоксальная ситуация: каждый отдельный украинец действует с определенным рационализмом в свою пользу, забирая деньги из банка. А все вместе, забирая деньги, губят страну.
Вот и получается, что к общему кризису мировой экономики, мирового потребления добавляется внутренний кризис, связанный с острейшим дефицитом денег и сворачиванием развития всей страны.
— Даем деньги — девальвация и инфляция. Не даем — убиваем деловую активность. Где выход?
— Выход есть. Бесспорно, что деньги, которые сегодня находятся на руках у населения, совсем не работают. Но как только все большая их часть начнет перемещаться в банки на депозиты, это будет создавать дополнительный ресурс для работы. Банки будут больше заинтересованы в привлечении именно национальной валюты, а не доллара. Поэтому на сегодняшний день запрет валютного кредитования — это нормальная мера. И это понятно: в период острого кризиса необходима абсолютно жесткая дисциплина и тяжелая работа.
Но кризис ведь не будет вечно, в какой-то момент тоже надо будет вовремя переключиться и начать плавно ослаблять.
— Насчет послаблений. Вы не в курсе, почему Нацбанк сначала вроде бы отменил, а потом все-таки восстановил запрет на досрочное изъятие депозитов?
— Я считаю, что по техническим причинам: неудачно был сформулирован пункт в 413-м постановлении, а сейчас он был добавлен еще одним письмом- разъяснением. Сегодня отменять запрет еще рано, ситуация стабилизировалась, но недостаточно.
— Вам теперь придется, отказывая вкладчикам, руководствоваться уже даже не постановлением, а просто письмом?
— Постановлением плюс письмом… Когда кто-то начинает бороться за права людей, которых обидели, он должен помнить, что если в условиях паники снять ограничения, то 5% первых прибежавших вкладчиков заберут все деньги. А остальные 95% — что, незаконнорожденные? Деньги все вложены, они не могут быть все одномоментно изъяты.
— Законопроект, который делал введение подобного запрета легитимным, был внесен еще в 2005 году. Не верится, что банкиры не могли пролоббировать его принятие, если бы очень сильно захотели…
— Не могли. Это можно сделать в спокойной стране, с устоявшейся политической ситуацией. Вспомните, а какая была нужда давать обещания по 40% роста зарплаты? Когда идут выборы, все политические партии соревнуются, кто из них больший благодатель. Никто даже думать не хочет о непопулярных шагах.
— Как вы расцениваете требование Нацбанка о безотлагательной рекапитализации банков и немедленной их диагностике с этой целью?
— Программа уже есть, и мы этим занимаемся.
— Требование своевременно, выполнимо?
— Эта норма появилась как обязательство перед МВФ при получении кредита. Стандартная норма. Как ее используют? То ли это будет палочка, которая загоняет стадо в нужную сторону, то ли это будет дубина, которая по голове даст, — посмотрим.
— Палочка или дубина — все равно она в руках чиновника, который будет ею пользоваться по своему усмотрению…
— Не совсем так. Не существует чиновников, которые сидят в белой башне и решают, без обратной связи. Все они люди. Не все деньги решают.
Я уже говорил, что в условиях кризиса без административных мер не обойтись.
Но и чрезмерно увлекаться ими тоже нельзя. Что делают со светофорами в сильный гололед? Выключают. Машин мало, на льду ты можешь и не успеть затормозить, а без светофоров все потихонечку как-то двигаются.
Интенсивность движения снизилась — понемногу сами как-то разъедутся. Точно так же и на финансовом рынке.
Способность к саморегуляции и самовыживанию у украинской экономики очень высока. Мы все пережили очень трудные времена. Это не Европа, где целые поколения, даже 50-летние, никогда не знали серьезных кризисов. Большинство наших из такой нужды выползали, кровью, потом, тяжелейшим трудом свои бизнесы создавали…
Как быть заемщикам
— Бизнесу не впервые выживать. А вот население в кредитный рай в 2004-м — первой половине 2008 года попало впервые. Честно говоря, банкиры виноваты — это они присадили людей на эту иголочку. Бигборды, ролики, объявления — приходите, берите кредиты, мечты осуществляйте! А в действительности все курсовые риски переложили на заемщиков, у большинства из которых не было оснований не верить главе Нацбанка, что доллар должен стоить 3,50, 2,20 или даже 1,80 гривни.
А потом эти люди вдруг увидели, как за пару недель гривня девальвирует в полтора раза, да еще банки едва ли не во столько же подняли кредитные ставки по уже выданным займам. Шок! И как теперь быть этим людям?
— Здесь, как всегда: перец-соль — ни то, ни другое не плохо, дело в количестве. Первое: можно ли было обойтись вообще без коррекции? Банки ведь работают как нефтеперерабатывающие заводы: есть цена на нефть на входе, на выходе — цена на бензин. Так и банк, вот цена денежного потока на входе, вот — цена на выходе.
Можете легко проверить наши депозитные ставки. В мае в Укрсоцбанке максимальная ставка по срочным гривневым вкладам была 13,75% годовых.
Сегодня двухмесячный депозит мы привлекаем под 22%. В долларах у нас полгода назад максимальная ставка была 9%, сегодня минимальная — 10,5% годовых.
На входе все стремительно подорожало — банки очень быстро встали. Где брать деньги? У заемщика. В каких пределах — другой вопрос. Я согласен с тем, что здесь надо искать некий компромисс.
— Кто будет искать этот компромисс и как долго? А письмо о повышении ставки уже пришло: будьте любезны, платите!
— В прошлую субботу, 6 декабря, мы как раз обсуждали эту проблему.
Провокатором, в хорошем смысле этого слова, выступил министр финансов Виктор Пинзеник, инициировавший дискуссию Что делать и как реструктуризировать кредиты? Было много эмоций и разных точек зрения.
— То, что предлагал Пинзеник, — часть клиентской задолженности реструктуризировать по курсу 5,05 грн./долл. — насколько это реально?
— Это предложение и стало поводом для дискуссии. Не только он предложил — сейчас такой законопроект даже зарегистрирован.
Чтобы доказать абсурдность этого предложения, мы смоделировали ситуацию.
Взяли гипотетический банк с активами в 10 млрд. грн., капиталом в миллиард и структурой баланса, как в среднем для банковской системы. Так вот, только в результате переоценки предлагаемой части кредитного портфеля в гривню по курсу 5,05 банк фиксирует убытки, которые тут же выводят в минус его капитал.
В результате банк (а фактически — вся банковская система) автоматически прекращает свое существование и умирает. Причем как по внутриукраинским, так и по международным стандартам финансовой отчетности (МСФО). На него тут же закрываются все лимиты финансирования, он тут же попадает под технический дефолт по всем внешним обязательствам и т.д. Это полностью вычеркивает украинское банковское сообщество из международного. Причем надолго. Это — аргентинский сценарий, который не надо повторять.
— А что вы скажете о заявлении премьер-министра Юлии Тимошенко о первоочередности законопроекта, вводящего запрет на конфискацию банками квартир, которые находятся в кредитном залоге?
— В этом случае вообще сложно подыскать слова… Какой инвестиционный климат, какое доверие, какие рейтинги?
— Но проблему ведь все-таки надо решать. Вы что-то предлагаете взамен?
— У нас на выходе — документ, предлагающий заемщикам несколько вариантов.
Во-первых, тем, у кого обычный кредит (т.е. сумма займа погашается равными частями плюс выплачиваются проценты на остаток долга), предлагается перейти на аннуитетную схему, которая дает снижение первоначальных платежей.
Также предлагается удлинить сроки: добавляется до пяти лет, но общий срок не должен превышать 25 лет. При удлинении срока разовый платеж разбивается на большее количество периодов и тоже, таким образом, уменьшается.
Третий случай — самый тяжелый. Будет предлагаться какое-то время, в течение которого выплачиваются только проценты. Чтобы пережить самый тяжелый курсовой период.
При жесткой монетарной политике, которую исповедует сегодня Нацбанк, курс 7,50 для гривни является объективно низким. И я уверен, что в среднесрочной перспективе гривня укрепится. Она укрепится уже в ближайшие несколько месяцев — примерно до 7 грн./долл., но имеет перспективу укрепляться и дальше. Как только экспорт наладится, снова пойдет приток валюты, который будет поддавливать к ревальвации. Поэтому мы готовы, если потребуется, дать какие-то каникулы, когда заемщик будет платить только проценты…
— Это не повлечет за собой изменение статуса заемщика?
— Нет, Нацбанк дал такую возможность — это мы с его согласия делаем. Даже по уже действующей нормативке мы один раз можем изменить условия займа без ухудшения статуса. Решение ответственное, нужно правильно выбрать модель, а дальше — работать.
— А как быть со ставками?
— По ставкам — нужно искать компромиссы. Банкам ведь без ресурсов живется сегодня тоже несладко.
В чем одна из главных наших специфических, но объективных сложностей? Если я — металлургический завод, который в настоящий момент убыточен, но при этом загружен работой, то эта убыточность может достаточно долго оставаться некритичной. Для контрагентов металлургов вообще нет разницы — им плевать, убыточны они или нет. Они грузят металл? Грузят. Им платят — проблемы нет.
Для банка же его балансовые показатели могут быть убийственными. Ухудшилась оценка качества активов — необходимо дополнительные резервы под кредитный портфель формировать. При этом ты даже деньги реальные не отдал — сделал это на бумаге. Но вычел эту сумму из капитала и если вышел за рамки, нарушил нормативы — сразу встает вопрос: необходима рекапитализация, давайте денег. Если приходится формировать очень большие резервы, капитал может стать отрицательным, и банк вообще не может работать…
Как умирали американские банки? Они же не умирали потому, что у них вдруг не оставалось на счету денег. Они вышли на банкротство, когда по итогам квартала у них получился минусовый капитал. А это все. Если бы их не трогал регулятор, они бы и дальше работали. Утрирую, конечно, но не очень.
Или вспомните банк Украина на момент начала его ликвидации. Он же в то время уже вполне нормально работал и был платежеспособен. Банк стал зарабатывать прибыль, мог бы со временем капитал нарастить. Но по инерции, под давлением Всемирного банка, было принято решение его ликвидировать.
Поскольку банк находится под жесткими регулятивными требованиями, ему нужен капитал. Как только ухудшается ситуация, приходится формировать больше резервов, которые съедают капитал, значит, нужно больше где-то зарабатывать, чтоб не упасть. Это, кстати, тоже один из факторов давления на курс.
Но безвыходных ситуаций не бывает. И, бесспорно, банкам и клиентам придется искать какой-то компромисс. Давайте договариваться!

Танго за бабушкин счет

Аргентина национализирует пенсионные фонды, чтобы избежать дефолта?
Правительство Аргентины на днях решило национализировать частную пенсионную систему, в обороте которой на данный момент находится порядка $24 млрд. Согласно официальной версии, перевод частных фондов под контроль государства позволит защитить пенсионные накопления аргентинцев от влияния глобального финансового кризиса. А вот противники такой реформы уверены, что национализация пенсионных фондов является своего рода конфискацией вложенных населением средств для погашения огромного внешнего долга (по разным оценкам, от $14 млрд. до $29 млрд.), а также для финансирования бюджета страны на следующий год. Посему такой шаг действующей власти — не что иное, как стремление решить проблемы государственного управления за счет сбережений граждан.
Возмущение частников вполне объяснимо: негосударственные пенсионные фонды (НПФ) являлись крупнейшими инвесторами на фондовом рынке Аргентины. Десятая часть их активов вложена в местный фондовый рынок, более половины средств инвестировано в госдолг родной державы. С начала года эти активы и так подешевели на 40% из-за кризиса и политической нестабильности в стране, причем фондовый рынок за год упал в 2,7 раза.
Падение облигаций еще больше усилилось после того как президент страны Кристина Фернандес де Киршнер объявила о планах по национализации пенсионных фондов. Теперь же эти средства (и так уже значительно потрепанные) вовсе хотят отобрать у честных тружеников на благо простого народа. Причем вряд ли только на время кризиса.
С другой стороны, интересен факт, что больших возмущений в народе национализация НПФ не вызвала. Поскольку выплаты из этих фондов во многом зависят от доходности вложений в акции и облигации, а кредитный рейтинг Аргентины на днях был повторно сокращен агентством Standard Poors до уровня В- (что на шесть позиций ниже инвестиционной степени), больших надежд на частные пенсии население не возлагает. Уже сейчас государство доплачивает пенсии до минимального уровня многим аргентинцам, которые пользуются накопительной системой, — просто потому, что фонды не в состоянии обеспечить клиентов достаточной суммой. В то время как государственный пенсионный фонд гарантирует выплату 1,5% от зарплаты работника за каждый год стажа, что на текущий момент более приемлемо и надежно, чем потери на обвалившемся финансовом рынке.
Ситуацию в Аргентине нужно рассматривать с позиции особенностей ее пенсионной системы, — комментирует директор Всеукраинского администратора пенсионных фондов Татьяна Сальникова. — В частности, в этой стране еще в 1993 году произошел переход от распределительной пенсионной системы к накопительно-распределительной. Попросту говоря, жители Аргентины, перешедшие в частную систему пенсионного страхования, уже не могли вернуться в государственную, не имели солидарного уровня пенсионного обеспечения и получали пенсию только через частный финансовый сектор. В результате этой реформы из государственной казны практически полностью ушли пенсионные деньги.
Помимо финансового кризиса, огромной девальвации песо, падения кредитного рейтинга страны и обвала облигаций, на стране висит большой внешний долг, средств на погашение которого в госбюджете недостаточно. А возвращение к государственной пенсионной системе позволит правительству не столько защитить пенсионные накопления аргентинцев от влияния глобального финансового кризиса, сколько использовать эти средства и защитить само государство от дефолта.
Есть еще один принципиальный момент, который стал одной из причин провала частной пенсионной системы: необходимым условием для аргентинских НПФ было размещение части активов в облигации госзайма (ОГЗ). А поскольку, как мы уже говорили, кредитные рейтинги страны снизились, а нацвалюта сильно девальвирована, частные пенсионные фонды там оказались в ощутимом минусе.
Справедливости ради надо заметить, что кризис поглощает пенсионные накопления не только в Аргентине. Так, пенсионные фонды Израиля проиграли с начала года на различных биржевых операциях от 12% до 40% накоплений граждан. Итого 200 тысяч израильтян (кому до выхода на пенсию остается год- два и кто исправно отчислял в НПФ определенный процент от своей зарплаты) уже не успеют наверстать упущенное и встретить старость достойно. В Казахстане за третий квартал текущего года 14 пенсионных фондов совокупно потеряли $40 млн. в качестве инвестдохода. А в России на фоне кризиса негосударственной пенсионной системы экономисты советуют гражданам задуматься об альтернативных способах обеспечения старости — например, купить квартиру с расчетом на то, что ее можно будет сдавать либо потом разменять.
Может ли такое случиться в Украине? Татьяна Сальникова уверяет, что нет.
Во-первых, наши НПФ не обязаны инвестировать в ОГЗ. Во-вторых, требования к диверсификации активов у нас прописаны достаточно четко и позволяют даже в условиях кризиса маневрировать, если не сохраняя доходность, то, по крайней мере, сводя убытки к минимуму. Безусловно, кризис коснулся и наших фондов, однако в меньшей степени, чем операторов исключительно фондового рынка. Так, если фондовый рынок обвалился уже где-то на 80%, то у НПФ с начала года доходность понизилась в среднем на 10%.
Вторит ей и директор департамента надзора над НПФ Госфинуслуг Андрей Бахмач: Возможно, аргентинское правительство не нашло иного способа обезопасить капиталовложения будущих пенсионеров, кроме национализации (к примеру, я не слышал, чтобы подобные решения были приняты в Европе). К тому же мы знаем только о том, что такое решение принято, но не знаем конкретной процедуры его реализации, поэтому сказать сейчас, будет ли данный способ рациональным, сможет ли он защитить пенсионные накопления, — невозможно.
В целом же в условиях финансового кризиса государство, безусловно, должно поддерживать финансовые учреждения. А вот какой именно будет эта поддержка — каждая страна выбирает сама. К примеру, у нас это — поиски дополнительных гарантий для участников частных фондов. Так, на сегодня для них сделано исключение — снят мораторий на досрочное расторжение депозитных договоров с банками. К тому же мы рассматриваем вопрос о возможности распространения гарантий Фонда гарантирования вкладов физлиц на вклады НПФ, потому что опосредованные собственники банковских депозитов — участники НПФ. Также в условиях кризиса необходимо несколько увеличить процент вложений в инструменты фиксированной доходности, а при рассмотрении вопросов о нарушениях диверсификации особое внимание уделять природе этих нарушений.
Например, если при другой ситуации НПФ просто не справится с последствиями кризиса — нужно устанавливать более длительный срок приведения деятельности фондов в соответствие с законодательными требованиями, чем это практикуется сейчас…, — говорит он.

МВФ импортировал проблемы США в Украину

Украина не нуждалась в средствах Международного валютного фонда (МВФ), однако приняв условия и деньги этой организации, мы импортировали проблемы США, за которые придется дорого заплатить. Об этом рассказал начальник управления инвестиционно-банковских услуг Укрсоцбанка Эрик Найман в интервью “Бизнес Гиду” (12 декабря 2008).
“Кредит МВФ нужен Украине, как телеге пятое колесо. Он, конечно же, оказывает положительное психологическое воздействие. Но не на украинцев, а на иностранных инвесторов. Но, учитывая тот вал негативных новостей, которые они выливают сейчас на Украину, кредит МВФ, по факту, оказывается бесполезным”, — убежден финансист.
По его мнению, сокращение валютных резервов Украины не является губительным для страны. “Мы можем спокойно избавиться от половины валютных резервов, и от этого не пострадает ни бюджет, ни финансовая стабильность Украины, ни один украинец”, — сказал Найман.
В сегодняшней ситуации, считает он, более вероятен дефолт США, чем Украины. “Когда Украину пугают, что в следующем году украинским компаниям нужно будет погашать огромные внешние долги, мы должны помнить, что долг Украины мизерный. То есть, Украине дефолт не грозит и не будет грозить в ближайшие несколько лет, в отличие от США. Поэтому сегодня МВФ прикрывает не украинский зад, а американский”, — подчеркнул Найман.
По мнению эксперта, именно кредит и рекомендации МВФ могут толкнуть Украину в состояние жесткого экономического кризиса. “Если мы сегодня тупо возьмем и применим все советы МВФ, то в следующем году получим жесточайший экономический кризис в Украине. То есть мы возьмем их проблему и расплатимся за нее. Я считаю, что Украина должна быть умнее, подняться над схваткой и отстранится от их так называемой рыночной экономики”, — сказал Эрик Найман.
http://ukrrudprom.com

Дефолт отменяется. Долги придется возвращать (Сейчас)

Сергей Михайлевский
В 2009 году Украина в состоянии платить по гособязательствам, уверены эксперты
Деньги по кредиту придется возвращать по расписанию
В следующем году дефолт Украине не грозит. Невыполнение взятых на себя кредитных обязательств возможно только в корпоративном секторе. Некоторые банки почувствуют себя особенно неуютно, но это будут единичные случаи банкротства, уверены эксперты. До дефолта банковской системы дело не дойдет.
Украина может спать спокойно
По состоянию на 1 июля этого года валовой внешний долг Украины составил чуть больше $100 млрд. Из этой цифры госдолг только $14,87 млрд. Все остальное задолженности частного сектора экономики. Критерием, по которому принято считать дефолт государства (так называемый суверенный дефолт), является отношение государственного долга к валовому внутреннему продукту (ВВП). По расчетам НБУ, на 1 июля 2008 года этот показатель составлял 8,9%.
Для сравнения: в 1998 году, когда Украина объявила технический дефолт, он достигал 37,6%. Поэтому особо волноваться по этому поводу не стоит, считают в Нацбанке. В частности, уверен заместитель председателя правления НБУ Александр Савченко, то до 2011 года государственного дефолта или дефолта крупных корпораций у нас не будет . До конца этого года нам осталось выплатить около $5 млрд. внешнего долга, включая корпоративный. А в следующем году общая сумма выплат составит около $30 млрд., заявил он. По мнению Савченко, НБУ в состоянии погасить свои обязательства из золотовалютных резервов при нынешнем курсе, учитывая, что положительный дефицит платежного баланса и радикальное ограничение валютного кредитования.
В 2009 году государство должно выплатить чуть более $2 млрд. (1,3% ВВП страны или 13% кредитной линии от МВФ в размере $16,5 млрд.), соглашается с Савченко Андрей Нестерук, аналитик компании Phoenix Capital. Так что способность Украины обслуживать долг не вызывает сомнений. Поэтому мы не считаем угрозу государственного дефолта в 2009 году реальной. Аналогичного мнения придерживается и Василий Юрчишин, директор экономических программ центра им. А. Разумкова. Действительно, наступление суверенного дефолта для Украины это маловероятное событие даже с учетом того, что госдолг будет расти и в следующем году, говорит он интернет-газете СЕЙЧАС. По словам эксперта, сейчас этому риску подвержена не страна в целом, а отдельные госкомпании, прежде всего, НАК Нафтогаз Украины. Но и в этом случае, уверен Юрчишин, государство выступит в качестве гаранта платежеспособности этих субъектов.
Кто живее всех живых
Более неуютно может чувствовать себя корпоративный сектор, который в условиях экономического кризиса наиболее подвержен риску массовых невозвратов по кредитам. Внешний долг корпоративного сектора на данный момент превышает $80 млрд., из которых, по нашим оценкам, $30-35 млрд. должно быть погашено в 2009 году, говорит интернет-газете СЕЙЧАС Нестерук. Вот тут мы считаем угрозу дефолтов реальной, так как финансовые показатели компаний ухудшаются, рефинансирование практически недоступно, а девальвация гривни делает валютный долг еще более ощутимым.
Больше не повезло банковскому сектору, внешний долг которого только за год вырос с $21,2 млрд. до $38,45 млрд. (по состоянию на 1 июля). Особо были активны банки первой двадцатки, многие из которых имеют иностранных владельцев. Это позволяло им широко привлекать инвестиции из материнских структур. Вырученные средства шли на кредитование в Украине, объясняет Юрчишин. Но даже несмотря на кризис, банкротство ведущих банков практически нереально. Центральные отделения не бросят своих дочек. Скорее всего, они пойдут на реструктуризацию долга, полагает эксперт.
Сокровенная мечта заемщика
Так что оптимизма заемщиков по поводу списания кредитного долга в случае банкротства банка эксперты не разделяют. Получивший в последнее время большое распространение лозунг нет банка нет проблемы в данном случае не работает, утверждают они. В случае возможного дефолта финансового учреждения Национальный банк назначает ему ликвидатора, основная цель которого — возвращение денег вкладчикам обанкротившегося субъекта и поиск потенциального инвестора, говорит интернет-газете СЕЙЧАС Александр Седых, финансовый директор компании Простобанк Консалтинг. Это заблуждение наших людей, что с банкротством банка автоматически списываются все кредиты. На самом деле обязательства заемщика переходят к структуре, которая стала правопреемницей разорившегося финансового учреждения.
Но в реальности до банкротства дело практически никогда не доходит. Так было с Проминвестбанком и банком Надра. Как только у этих структур возникли проблемы, на них сразу же нашлись покупатели. Если желающих приобрести банк не найдется, его вполне могут национализировать. Человеку в любом случае придется погашать кредит, резюмирует Седых.
Банковский рынок Украины

Еврооблигации становятся все популярнее

Еврооблигации становятся все популярнее
В условиях нестабильного рынка инвесторы обратили внимание на сегмент еврооблигаций и Credit Default Swap (CDS)
Хотя доходность по суверенным украинским бондам в последние две недели растет, по мнению аналитиков, текущий риск дефолта по суверенным обязательствам Украины в долларе, а также по ряду корпоративных евробондов необоснованно завышен.
По словам Владислава Перевожчикова, инвестиционного управляющего компании Phoenix Capital, панический исход инвесторов с европейских фондовых рынков и вывод средств из активов переходных экономик создали разницу в 35-70% между номинальной стоимостью украинских еврооблигаций и их рыночной ценой, потому долги наиболее надежных украинских заемщиков позволяют получить доходность свыше 30% годовых в долларах.
Государственные еврооблигации Украины торгуются на достаточно привлекательных уровнях доходности,— подтверждает аналитик компании Foyil Securities Владимир Габриэлян.— Короткие еврооблигации (с погашением в 2009-2011 гг.) торгуются с доходностью 32-38%, в то время как длинные евробонды (с погашением в 2016-2017 гг.) приносят около 22-25%.
В то же время, по словам управляющего активами Astrum Investment Management Олега Непляха, цены на корпоративные евробонды в большинстве своем пока не отреагировали на рост доходности по суверенным бондам из-за низкой ликвидности.
Тем не менее, считает глава инвестиционного отдела компании по управлению активами Бонум Групп Александр Спасиченко, ликвидность рынка еврооблигаций все же больше, чем рынка акций. Узость сегодняшнего рынка акций в Украине не позволяет развернуться крупным инвесторам-нерезидентам. При этом объем находящихся в свободном обращении еврооблигаций позволяет им вести более масштабную и прибыльную игру,— отметил эксперт. В частности, рыночная цена выпуска суверенных еврооблигаций с погашением в 2011, 2012 и 2013 гг. суммарно составляет $1,3 млрд., а муниципальных облигаций Киева — $0,4 млрд. На фоне всеобщего падения капитализации едва ли какой-то эмитент акций на ПФТС может похвастаться подобным количеством бумаг в свободном обращении,— отметил господин Спасиченко.
В то же время, утверждает Олег Неплях, негативная динамика цен на украинские еврооблигации объясняется общемировой тенденцией к росту доходности по рисковым инструментам. В США средняя доходность по корпоративным бондам неинвестиционного рейтинга выросла до значений выше 20%,— рассказывает он.— Провести параллель между так называемыми мусорными облигациями корпоративного сектора США и украинскими суверенными бондами несложно — и те, и другие имеют одинаковый кредитный рейтинг неинвестиционного уровня. Кроме того, по словам эксперта, в случае с Украиной дополнительными факторами падения стоимости украинских евробондов становится политическая нестабильность, резкое падение валютных поступлений, девальвация гривни, а также большой внешний долг.
Стоимость страховки от суверенного дефолта Украины по обязательствам в валюте сейчас находится на достаточно высоком уровне — 24,5% (27,6% — октябрьский максимум),— отмечает господин Неплях.— В то же время, мы считаем, что данный тренд носит временный характер. По его мнению, дальнейшее снижение учетных ставок Федеральной резервной системой (ФРС) США и Европейским центробанком (ЕЦБ), а также смягчение монетарной политики в глобальном масштабе будут постепенно снижать норму доходности, в том числе и по рисковым инструментам.
Мы также уверены, что текущий риск дефолта по суверенным обязательствам Украины в долларе, а также по ряду корпоративных евробондов необоснованно завышен,— утверждает управляющий активами Astrum Investment Management.
Мироновский хлебопродукт, выпустивший еврооблигации в объеме половины своей годовой операционной прибыли, как вертикально интегрированный холдинг (посев пшеницы, ее переработка, выращивание курицы, продажа куриного мяса на внутреннем рынке) в текущих условиях — абсолютно устойчивая компания,— иллюстрирует мысль господин Перевожчиков.— Тем не менее его еврооблигации торгуются с доходностью свыше 40%. Так же и еврооблигации Укрэксимбанка — системообразующей структуры, дефолт которой может означать замораживание экспортно-импортных операций Украины, сейчас имеют доходность выше 40%.
По мнению участников рынка, западные инвесторы имеют дефицит информации об украинских экономических реалиях, что заставляет их гипертрофированно реагировать на негативные события и переоценивать риски, тогда как вероятность дефолта по внешним займам государства минимальна, а по корпоративным евробондам варьирует в зависимости от эмитента.
Впрочем, уже в 2009 г. доходность украинских еврооблигаций может снизиться. Инвесторы вряд ли захотят упустить возможность хорошо заработать в ближайшие несколько лет,— считает господин Габриэлян.— Но спрос на еврооблигации может упасть на фоне позитивной динамики внутреннего рынка акций и облигаций. Очевидно, в данном случае падение спроса на еврооблигации не следует считать зарождением негатива. Тем не менее специалисты рекомендуют сейчас вкладывать средства в еврооблигации на период более двух лет.
Еврооблигации (eurobonds) — ценные бумаги, выпущенные в иностранной валюте и размещаемые с помощью андеррайтеров среди зарубежных инвесторов. Приставка евро- в настоящее время — не более чем дань традиции, поскольку первые еврооблигации появились в Европе, торговля ими осуществляется в основном там же. Помимо государственных, сейчас на биржах обращаются евробонды Киевстара, Мироновского хлебопродукта, а также четырех банков — Альфа-банка (Украина), Форума, УкрСиббанка и Укрэксимбанка.

Украина сможет выйти из кризиса более сильной, чем была до него

Краткосрочные перспективы развития украинской экономики существенно ухудшились за последние несколько месяцев, говорится в специальном отчете по Украине Экономика в условиях кризиса, подготовленном аналитиками Erste Group. Среди причин, которые негативно повлияли на экономику страны, аналитики Erste Group называют внешние факторы: мировой финансовый кризис, глобальное падение спроса и снижение цен на сырьевых рынках. Впрочем, поддержка, предоставленная Украине МВФ, активизирует внедрение структурных реформ, необходимых для финансового сектора и экономики в целом, считают эксперты. В 2010 году рост ВВП Украины восстановится на уровне 5-6%, инфляция будет меньше 10%.
Экономика Украины начнет 2009 год в состоянии рецессии, падение ВВП будет зависеть от цен на сталь — отмечает аналитик Эрсте Банка Марьян Заблоцкий.
Дефицит баланса текущего счета, по прогнозам аналитиков, уменьшится до 1-3% ВВП в 2009 году, поскольку замедление прироста потребления, замораживание кредитов и падение цен на сырьевых рынках негативно повлияют на импорт.
Правительство и МВФ запланировали относительно высокий показатель инфляции на уровне 17% в 2009 году, что предусматривает девальвацию гривни.
По словам Марьяна Заблоцкого, режим плавающего валютного курса повлияет на девальвацию гривни, что является одним из инструментов для поддержки реального сектора экономики. Оптимальный курс UAH/USD будет зависеть от цен на сталь и, по прогнозам аналитиков Эрсте Банка, постепенно будет двигаться к уровню 6,5-7 гривень за $1. Значительное влияние на курс UAH/USD будет иметь и ликвидность банковской системы.
В течение следующего года финансирование внешнего долга будет самой сложной задачей для экономики, особенно это касается банковского сектора. Позитивом является то, что МВФ согласился покрыть дефицит внешнего финансирования украинской экономики, предоставляя кредит в размере $16,4 млрд.
Что касается фискальной политики, Украине придется сократить расходы в связи со снижением доходов в 2009 году. Инфляция будет сохраняться на уровне 17% до конца 2009 года. Номинальная заработная плата и социальные выплаты будут увеличены только для покрытия инфляционного процесса. До 2010 года Украина планирует внедрить таргетирование инфляции, что будет основываться на показателе индекса реальных цен.
Текущий циклический экономический спад не создаст трудностей в финансировании государственного долга, поскольку он является одним из самых низких по отношению к ВВП среди восточноевропейских стран. Украина справится с финансированием государственного долга, улучшит имидж страны и укрепит доверие инвесторов. Антикризисные меры, принятые правительством для получения кредита МВФ, повлекут за собой изменения в финансовой системе, которые позволят украинской экономике в будущем быть более стойкой к циклическим изменениям спроса и цен на сталь. В 2010 году ВВП вернется к своему потенциальному росту на уровне 5-6%, тогда как инфляция, по всей вероятности, не превысит 10%, указывает Марьян Заблоцкий.
Сложная ситуация на мировых и внутренних рынках, массовое изъятие депозитов дестабилизировали отечественную банковскую систему. Украинские банки начали пересматривать свои стратегические планы, сворачивать программы развития, оптимизировать деятельность и сокращать расходы. Уже сейчас банки наблюдают задержку в уплате кредитов, и эта тенденция будет расти. В течение следующих нескольких лет украинскую банковскую систему ожидает период объединений и поглощений. Стабильность сектора будет зависеть от своевременных действий НБУ, который сейчас имеет достаточно ресурсов и опыта как кризисный менеджер, — считает аналитик Эрсте Банка Виктор Стефанишин.
Период консолидации банков, который начнется в 2009 году, продлится до 2010 года. Эксперты ожидают, что в течение ближайших двух лет общее число банков уменьшится, тогда как доля иностранного капитала в банковском секторе вырастет с нынешних 40% до 60%.
Уменьшение спекулятивного и неспекулятивного спроса, а также ограничения в финансировании обусловили рецессию в этом очень зависимом от кредитов секторе экономики. Строительные компании оптимизируют расходы, правительство также будет пытаться помочь отрасли, однако это не решит главной проблемы — отсутствия спроса, — отметил Виктор Стефанишин. На сегодняшний день в результате общего спада украинской экономики спрос на коммерческую и жилищную недвижимость остается неизменно низким. Как результат — цены на жилищную недвижимость упали на 30%. Одним из наибольших рисков для сектора может стать резкая девальвация гривни, которая сделает невозможным возврат долгов по ипотечным кредитам.
На сегодняшний день дорожно-строительный сектор находится в лучшей ситуации благодаря стабильной базе клиентов. Некоторые компании еще имеют контракты и рабочие проекты. Так, недавно ОАО Мостострой выиграл четыре тендера в Румынии на реализацию проектов общей стоимостью 95 млн евро, а именно — на сооружение участка объездной дороги Южный Бухарест.
В следующие несколько лет развитие украинского строительного сектора будет зависеть от реализации проектов подготовки к Евро-2012, несмотря на временные задержки в подготовке к чемпионату, акцентируют аналитики.
Украинская металлургическая отрасль не была готова к кризису и столкнулась с потерей ликвидности в результате стремительного снижения спроса и проблемами с рефинансированием, — указывает Виктор Стефанишин. Ожидается, что в четвертом квартале 2008 г. спрос на сталь на мировых рынках снизится на 30%, и поэтому компании будут вынуждены и в дальнейшем снижать объемы производства и пересматривать инвестиционные планы. В октябре 2008 г. украинские металлургические комбинаты уже уменьшили ежемесячные объемы производства стали на 25%, что привело к падению объемов производства в металлургическом секторе на 6% за 10 месяцев 2008 года. В целом, в 2008 г. производство стали на украинских металлургических заводах уменьшится на 15% по сравнению с предыдущим годом.
Важно отметить, что Украине нужны новые рынки сбыта, и нарастить объемы экспорта металлургической продукции страна может за счет рынков Африки, увеличив свою 9-10% долю в этом регионе — подчеркивает аналитик Эрсте Банка Светлана Базилевич. Поскольку этим летом североафриканские страны, в которых рынок недвижимости все еще развивается, отменили таможенные сборы на импорт металла и сырья, Украина имеет перспективу для увеличения отечественного экспорта металла.
В связи со снижением спроса, зависимая от кредитных ресурсов сфера машиностроения была вынуждена изменить свои планы продаж и начать внедрение стратегий по снижению расходов. Эксперты Erste Group ожидают, что рынок новых автомобилей, в соответствии с нынешней макроэкономической ситуацией, будет переориентирован на недорогие машины, а также на премиум-сегмент, поскольку в данном секторе наблюдается стабильный спрос.
Украинское вагоностроение, особенно производство пассажирских вагонов, практически не подвергнется негативному влиянию кризиса, поскольку спрос со стороны государственных учреждений в этой сфере будет оставаться постоянно высоким. Также кризис незначительно повлияет на судостроение: украинские производства выиграют за счет конкурентоспособной цены, долгосрочных контрактов, а компании, которые входят в состав индустриальных групп, — также за счет синергетического эффекта. Стратегически важный сектор — самолетостроение — также будет защищен текущими долгосрочными контрактами и будущими проектами с Ираном (Ан-148) и Ливией (вертолеты).
Высокие процентные ставки и трудности в получении финансирования, которые возникли из-за недавних проблем с ликвидностью в банковской системе, негативно сказались на сельскохозяйственных компаниях. Аналитики Erste Group предполагают, что в 2009 году урожай будет меньше, чем в 2008, и это приведет к увеличению цен на зерновые в 2009 году.
Розничная торговля в Украине также относится к сектору, который значительно зависит от кредитных ресурсов и которому грозит снижение спроса. В частности, всю сложность ситуации почувствует на себе локальный розничный бизнес, который имеет высокую долю задолженности. Он будет не в состоянии дополнительно себя финансировать, а это может привести к дефолтам. Вполне очевидно, что будут внедряться стратегии по снижению расходов, а планы по инвестированию и развитию будут отложены. Эксперты Erste Group ждут большого количества соглашений слияния и поглощения в Украине, большие и более сильные компании поглотят более слабых, передает Укринформ.
СПРАВКА: Erste Group является одной из ведущих финансовых групп в регионе Центральной и Восточной Европы. По состоянию на 30 сентября 2008 года совокупные активы Erste Group составили 209,4 млрд евро, чистая прибыль — 1,46 млн евро.
ОАО Эрсте Банк предоставляет физическим и юридическим лицам широкий спектр банковских продуктов и услуг, в том числе — расчетно-кассовые, вкладные, кредитные, казначейские и др. В центральном офисе Эрсте Банк в Киеве и в 120 отделениях Украины работает более 2 тыс. сотрудников. По результатам 3 квартала 2008 года общие активы ОАО Эрсте Банк составили 8 323,5 млн грн.

Дома дали трещину

Девелоперская компания TMM близка к дефолту
Агентство Fitch вчера присвоило одной из крупнейших украинских девелоперских компаний – TMM Real Estate Development – наихудший среди украинских эмитентов долгосрочный рейтинг CC с прогнозом негативный, что практически соответствует преддефолтному состоянию. По словам экспертов Fitch, их оценка основывается на том, что осуществление деятельности ТММ полностью зависит от доброй воли кредиторов, и уверенности в том, что те решат отсрочить выплаты по кредитам, у агентства нет. В компания, в свою очередь, заявляют, что договорились о рефинансировании. Впрочем, банкиры говорят, что с понижением рейтинга реализация этих планов маловероятна.
В портфеле TMM 35 проектов общей площадью более 3 млн кв. м. NAV (чистая стоимость активов) на 30 июня – $1,49 млрд. 70% акций TMM – у ее основателя и гендиректора Николая Толмачева, 13% – free float. Капитализация на вчера – 49,72 млн евро.
Fitch присвоило TMM Real Estate Development Plc долгосрочные рейтинги дефолта эмитента в иностранной и национальной валюте CC, национальный долгосрочный рейтинг B(ukr) и поместило их в список Rating Watch негативный. Во вчерашнем сообщении Fitch говорится, что отрицательным рейтинговым фактором является то, что большинство проектов ТММ еще не начаты и их реализация зависит от того, удастся ли компании привлечь внешнее долговое финансирование. По мнению экспертов агентства, при нынешней ситуации с фондированием для TMM это сложная задача: рейтинги TMM отражают относительно небольшие масштабы бизнеса (на конец 2007 года чистая выручка – $61 млн, EBITDAR – $9 млн), слабую ликвидность и уязвимость к возможному снижению маржи EBITDAR (в 2007 году – 15%) в случае спада на рынке недвижимости. В Fitch опасаются, что TMM не сможет погасить или рефинансировать краткосрочную задолженность. Как следствие, компания сильно зависит от решений кредиторов по пролонгации заимствований, а Fitch не может с уверенностью утверждать, что все кредиторы будут готовы продлить обязательства компании,– сообщает агентство.
По состоянию на 20 ноября общий долг TMM составлял $88 млн, 66% из которых – обеспеченный долг. Портфель долговых обязательств включает выпуск внутренних облигаций TMM на сумму 181 млн грн с купоном 16,5% и погашением в октябре 2009 года. Ликвидность девелопера поддерживается за счет резервов денежных средств в размере $1 млн и неиспользованных безотзывных кредитных линий на общую сумму $25 млн (на 20 ноября). Но компания продолжает генерировать отрицательный денежный поток, тогда как ее потребности в фондировании включают краткосрочный долг в размере $65 млн, отмечают в Fitch.
Финансовый директор TMM Лариса Чивурина уточнила, что, когда рейтинговое агентство Fitch запрашивало информацию (30 ноября), компанией было запланировано погашение двух кредитных линий и сейчас объем краткосрочного долга компании (включая выплаты по облигациям) составляет порядка $30 млн со сроком погашения в октябре-ноябре 2009 года. ТММ провела пролонгацию своих краткосрочных долговых обязательств: компания подписала новый кредитный договор на сумму 36 млн грн (дата погашения – 27 ноября 2009 года), а также дополнительное соглашение о продлении существующей кредитной линии на сумму 17,2 млн евро (дата погашения – 30 ноября 2011 года),– сообщила госпожа Чивурина.
Тем не менее банкиры говорят, что присвоение такого низкого рейтинга негативно отразится на деятельности компании. С таким рейтингом они вряд ли могут рассчитывать на привлечение иностранных инвестиций,– говорит начальник управления казначейства Индустриалбанка Александр Фомин. Член набсовета Энергобанка Вячеслав Юткин напоминает, что рейтинг CC – прецедент не только для строительного сектора, но и для всех украинских эмитентов. Рейтинг CCC/негативный присвоен Родовид Банку и банку Надра (рейтинг Fitch), CCC+/негативный – банку Юнекс (рейтинг Standart Poor`s) и CCC+/стабильный – концерну Стирол (Fitch). В сущности, рейтинг CC – это преддефолтное состояние. Сейчас у TMM слишком много законсервированного жилья, поэтому отсутствие денежного потока и наличие нематериальных активов в виде нереализованных квартир создают дисбаланс финансовых потоков. В целом благополучная компания стала заложником несбалансированных активов, и наличие такого рейтинга спровоцирует банки требовать у любого девелопера рейтинги или историю погашения обязательств,– говорит господин Юткин.

Бюджет с минусом

Минфин недосчитался 1 млрд грн доходной части
Опасения министра финансов Виктора Пинзеныка по невыполнению доходной части бюджета в ноябре оправдались. Свои плановые отчисления Государственная налоговая администрация (ГНАУ) и Гостаможня в сумме выполнили всего на 94,5%, в основном из-за неплатежей НАК Нафтогаз Украины. Впрочем, с учетом перевыполнения бюджета за 11 месяцев в 16 млрд грн, в декабре фискальным органам достаточно собрать всего 15% плана. Дополнительные средства могут быть потрачены на социальные выплаты в I квартале 2009 года, погашение газовых долгов или возврат НДС, считают эксперты.
Вчера Ъ стало известно, что в ноябре Минфин не смог выполнить план поступлений в общий фонд бюджета, о чем на минувшей неделе предупреждал министр финансов Виктор Пинзенык (см. Ъ от 25 ноября). По данным Ъ, ГНАУ и Гостаможня в ноябре перечислили в общий фонд бюджета 19,151 млрд грн при необходимых 20,239 млрд грн (меньше на 1,088 млрд грн). По оценке господина Пинзеныка, общий недобор за ноябрь-декабрь может составить 7 млрд грн. Вчера в пресс-службе Минфина Ъ пообещали обнародовать данные о выполнении доходов бюджета в ноябре, но к концу дня свое обещание так и не сдержали.
О срыве планов официально заявили только в Гостаможне: было перечислено 93,4% от необходимых 5,726 млрд грн, недобор составил 377 млн грн. Основные причины невыполнения: сокращение объемов импорта в тоннах (в январе-ноябре – на 47%) и несвоевременное таможенное оформление и уплата НДС с газа, импортированного НАК Нафтогаз Украины. В ноябре компания перечислила в бюджет всего 5 млн грн, тогда как импортировала 4 млрд кубометров газа, с которых бюджет не получил 1,071 млрд грн. Всего в сентябре-ноябре не задекларировано перемещенного газа в объемах 12,41 млрд кубометров. При таких обстоятельствах бюджет недополучил таможенных платежей на 3,065 млрд грн,– говорится в пресс-релизе Гостаможни.
В ГНАУ среди причин срыва плана (14,513 млрд грн; выполнен на 94,5%, недобрали 712 млн грн) также называют неплатежи Нафтогаза. По словам источника Ъ в центральном аппарате, из начисленных компании 2,5 млрд грн рентных платежей, НДС и налога на прибыль уплачено более 300 млн грн. А в связи с тем, что последний день месяца выпал на выходной день, уплата еще около 300-400 млн грн перенесена на декабрь. Не выполнено бюджетное расписание по НДС (3,185 млрд грн вместо 4,508 млрд грн) и по рентным платежам из-за резкого падения мировых цен на нефть (249 млн грн вместо 310 млн грн). Налоговики смогли перевыполнить лишь план по сбору налога на прибыль – на 765 млн грн (перечислено 8,47 млрд грн; на 9,9% больше плана) и акциза – на 137 млн грн (835 млн грн; +20,1%). Возмещено НДС на 3,288 млрд грн, что на 1,117 млрд грн больше запланированного Минфином.
В фискальных ведомствах не гарантируют, что смогут выполнить планы декабря, однако это вовсе не означает, что бюджет по году не будет выполнен. За январь-ноябрь ГНАУ и Гостаможня перевыполняют бюджетное расписание на 2,4% и 17,3% соответственно. Дополнительно собрано 16 млрд грн. Поэтому, учитывая декабрьский план для налоговой (12,8 млрд грн) и таможенной (6,084 млрд грн) служб, в бюджет им достаточно собрать всего 15% от плана, чтобы его выполнить.
По мнению директора экономических программ Центра им. Разумкова Василия Юрчишина, полученные сверхплановые доходы целесообразно отложить на финансирование в I квартале 2009 года социальных выплат, так как в этот период ожидается снижение налоговых поступлений – налога на прибыль, а также налога с доходов физических лиц и отчислений в Пенсионный и другие социальные фонды. Денег не будет, поэтому, если сохранят полученное в 2008 году и направят на выплаты бюджетникам, будет очень хорошо,– считает господин Юрчишин. А аналитик Бюро экономических и социальных исследований Владислав Комаров напоминает, что дополнительные средства должны быть направлены в стабилизационный фонд. У стабфонда прописана куча источников, но ни один из них пока не действует, например приватизация,– говорит он.
Впрочем, эти средства могут быть использованы еще в этом году. По словам директора департамента налоговой политики Института бюджета и социально-экономических исследований Артема Рудыка, для поддержки ликвидности предприятий Минфину необходимо увеличить сумму возмещения НДС, ведь только на начало октября бюджет должен был предприятиям налога на 11 млрд грн. Но, по мнению эксперта, за счет этих средств могут быть погашены долги Украины за газ (о долгах см. стр. 1), или правительство в очередной раз даст Нафтогазу налоговую рассрочку.
Совокупный госдолг Украины сократился на 2,8%
Вчера Минфин сообщил, что государственный прямой и гарантированный долг Украины в октябре 2008 года сократился на 2,8%, или $0,478 млрд,– до $16,611 млрд. С начала года общий госдолг в долларовом эквиваленте уменьшился на 5,5%, или на $0,961 млрд, тогда как в гривневом его размер вырос из-за курсовых колебаний. По данным Минфина, на 31 октября государственный прямой и гарантированный внешний долг составил $13,197 млрд, или 79,45% от общей суммы госдолга. За октябрь этот показатель сократился на 1,7%, или на $0,221 млрд, за январь-октябрь – на 4,7%, или на $0,651 млрд. Внутренний госдолг к началу ноября составлял $3,414 млрд. В октябре он уменьшился на 7%, или на $0,257 млрд, а с начала года – на 8,3%, или $0,31 млрд. В гривневом эквиваленте зафиксирована обратная динамика государственного прямого внутреннего долга: его размер на 31 октября составил 17,665 млрд грн, что на 6,8% (1,121 млрд грн) больше, чем по итогам сентября. В целом государственный прямой долг на 31 октября составлял $13,548 млрд, гарантированный – $3,063 млрд. В 2007 году совокупный госдолг Украины вырос на 10,2%, или на $1,62 млрд,– до $17,57 млрд.