То, что делает НБУ, требует клинического обследования

Советник министра экономики, бывший главный валютчик Нацбанка Сергей Яременко рассказал i, что нужно сделать для стабилизации курса и восстановления доверия к банковской системе.
Вопрос: Почему политика НБУ способствует не стабилизации ситуации, а еще сильнее загоняет экономику в яму кризиса?
Ответ: Время экспертных оценок действий НБУ, с профессиональной точки зрения, закончилось. Никто не успевает оценить тот или иной кульбит НБУ, а тем более уразуметь смысл и направленность вороха документов, который исходит из этого учреждения. Если все, что делает регулятор — серьезно, то это уже хуже, чем непрофессионализм и требует клинического обследования. Если они это делают преднамеренно, то это преступление, и оценка совсем не дело экономистов. Поэтому политикой такие действия называть трудно.
Это набор инстинктивных действий, которые носят противоречивый, а часто и взаимоисключающий, характер, они еще больше загоняют ситуацию в тупик. Это полное банкротство подхода в финансовой политике монетарных властей. Понимание того, что он находится в идеологической ловушке, заставляет НБУ вести агрессивные действия на валютном и денежном рынках, чтобы хоть как-то погасить ситуацию. Это проявляется и в выступлениях советников, теоретиков, которые пытаются убедить страну, что кризис — это хорошо, это очищение.
Не добавляют только, очищение чьих карманов, и для кого это очищение путей к коррупционным сделкам. Им трудно признаться в том, что монетарные подходы борьбы с кризисом неизбежно переводят активность банковской системы исключительно в финансовый инструментарий, совершенно забывая об экономике. В таких условиях банки не могут выполнять свою основную функцию — кредитование экономики. Все их помыслы заняты борьбой за ликвидность по пути спекуляциями на валютном рынке. Эта борьба не может продолжаться бесконечно, так как без поддержки забытой ими экономики банки рухнут через два-три месяца.
В: Почему?
О: Потому что сюрпризы продолжаются. Кто может объяснить мотивацию НБУ, два дня покупавшего валюту на рынке? У нас что, цель — удержать курс доллара на достигнутом уровне? Возвращать его к докризисному уровню не нужно? Разумного объяснения никто дать не сможет, даже в самом Нацбанке. Одновременно при кризисе ликвидности банковской системы Минфин и НБУ делают все в направлении сжатия денежных агрегатов. Но и этого мало. Они выносят предложения о необходимости поднятия повышения ставки рефинансирования.
Отсюда вывод: чем усерднее будут проводить свою политику Виктор Пинзеник и Владимир Стельмах (министр финансов и глава НБУ.— і), тем быстрее экономика и банковский сектор будут двигаться к краху. Указанные руководители не могут поменять свои подходы к выходу из кризиса, а мы никогда не сможем выбраться из нынешней ситуации и все дальше будем входить в пике. Циклические стабилизации, которые достигаются запугиванием руководства банков и перекрытием кислорода во имя стабилизации курса, неизбежно будут приводить к остановке предприятий.
В: То есть основной вред для экономики несет в себе политика дефицита гривни, проводимая НБУ?
О: В условиях, когда все страны снижают ставки рефинансирования практически до 0%, чтобы оживить экономику, мы не даем своей ни гроша и к тому же повышаем ставшую бесполезной учетную ставку. Поэтому повышение учетной ставки до 20% ничего для реальной экономики не означает, так как ресурсы на межбанке сегодня стоят почти 80-100%. Курс доллара в этих условия может опускаться и в итоге стабилизироваться.
В: На каком уровне?
О: Курс может дойти и до 6 грн./$1. Но не потому, что это экономически обоснованный курс, а потому что ни у населения, ни у бизнеса в условиях экономичного спада не будет ресурса для его покупки. Это, в свою очередь, будет означать, что мы довели экономику до ручки, а население — до полного безденежья. Но в такой ситуации совершенно нельзя начать выход экономики из кризиса. Подход порочен потому, что спасать гривню нельзя, убивая экономику. Для кого мы ее спасаем? Отсюда вывод: менять походы необходимо немедленно. Ибо это чревато огромными угрозами для государства.
В: Как остановить падение гривни и стабилизировать ликвидность банков?
О: Самая большая угроза сегодняшней ситуации — это отсутствие кредитования реального сектора, что недопустимо в условиях мирового спада. Основной причиной этого является дестабилизация курса и снижение ликвидности банков. Они не могут выполнять функцию кредитования экономики. Отток вкладов — по причине девальвации гривни и потери доверия к банкам. Поэтому снимают гривню, покупают валюту, но при этом она уходит под матрасы. Тоже происходит с валютными депозитами. Граждане у НБУ стали спекулянтами и поэтому валюту он им не продает. То есть население и корпоративный сектор — враги Нацбанка. Выход — в изменении позиции НБУ. Необходимо объединить желание населения и цели регулятора.
Другого выхода при ослабевшей гривне быть не может. Мы дошли до точки, когда необходимо вводить не очень популярные меры ради избежание системного банковского кризиса. И заключается эта норма в том, что если гражданин Украины хочет избавиться от национальной валюты и купить иностранную, то сможет он это сделать только в безналичной форме, т.е. зачисляя ее на свой личный счет в коммерческом банке. И при условии невозможности ее снять в течение минимум трех месяцев. Таким образом мы замыкаем рынок снятия депозитов в гривне на банковскую систему.
В: Как быть с валютой, которая уже перекочевала из банков в депозитные ячейки?
О: Необходимо заставить людей вернуть эти деньги в банковскую систему. Для этого, во-первых, необходимо разрешить вывод валюты из Украины в наличной форме только в пределах $500. Те, кто хочет вывести большую сумму, должны предъявить на таможне справку о том, что эта валюта была снята со счета в банке. Но, чтобы не допустить однодневных операций (положил-снял), необходимо добавить норму, которая позволяет снимать со счета для зарубежной поездки только половину имеющихся на счете валютных средств. Вот вкратце основные меры по отношению к населению.