Не спрашивай, по ком плачет доллар…

Последние мировые кризисы и наша экономическая ситуация
О нынешнем кризисе, его природе, протекании болезни и возможных последствиях немало сказано и написано. Мы же хотим вспомнить о наиболее ярких экономических кризисах недавнего прошлого. Первый — мексиканский, который интересен тем, что за без малого 15 лет он повторился дважды. Затем азиатский, перекинувшийся на Россию. И, наконец, аргентинский: его апофеозом стало бегство президента из страны на вертолете. Какой вариант повторим мы? Или у нас собственный путь? Об этом ниже…
Мексика
До начала 1980-х годов экономическая политика Мексики была направлена на расширение добычи и экспорта полезных ископаемых с широким привлечением для этого иностранных кредиторов. Результатом такой политики стали сравнительно высокие темпы прироста промпроизводства — до 8% в год (в основном — за счет добывающих отраслей) и высокая внешняя задолженность (на то время — второе место в мире после Бразилии).
В начале 80-х годов стало очевидно, что стратегия, ориентированная на регулярное получение иностранных займов в расчете на покрытие их доходами от экспорта сырья, в первую очередь нефти, себя не оправдала, к тому же в этот период на мировом финансовом рынке росли проценты по кредитам. В августе 1982 года правительство Мексики заявило о неспособности осуществлять платежи по внешней задолженности в полном объеме. В стране стал проводиться курс жесткой экономии, направленный на ограничение внутреннего спроса. Почти все частные банки были национализированы, причем иностранные инвесторы не имели права участвовать в акционерном капитале мексиканских банков. Активное сальдо торгового баланса использовалось в основном для погашения обязательств по внешнему долгу, что в свою очередь блокировало возможности капиталовложений в развитие национальной экономики.
В результате среднегодовой прирост ВВП в 80-е годы составлял 2,5%, и Мексика работала в основном на обслуживание внешнего долга — соответствующие расходы достигали 45% стоимости экспорта товаров и услуг.
Для спасения экономики Мексики МВФ предложил банкам-кредиторам предоставить ей дополнительные кредиты. В результате внешний долг Мексики увеличился к середине 90-х годов примерно в 3 раза по сравнению с началом последнего десятилетия прошлого века, а отношение внешнего долга к ВВП возросло с 24% в 1980 году до 44% в 1994 году.
Пересмотр прежней экономической стратегии Мексики на базе идей неолиберализма начался уже с 1985 года, когда была объявлена программа реорганизации государственного сектора, разгосударствления и приватизации, объектом которой на первых порах стали убыточные и малорентабельные предприятия, имевшие просроченную внешнюю задолженность. Широкое распространение в ходе распродажи активов государственного сектора получили сделки своп — обмен долговых обязательств на акции приватизируемых предприятий.
Однако в 1994-1995 годах в Мексике разразился новый экономический кризис.
В конце 80-х годов мексиканское правительство в погоне за иностранными инвестициями стало спешно проводить (без учета последствий) политику открытия фондовой биржи для иностранных инвесторов, обеспечения высоких процентных ставок и мер по защите иностранных портфельных инвестиций.
Результатом этой политики стал хлынувший в Мексику в 1989-1994 годы поток иностранного спекулятивного капитала.
Непосредственным импульсом к кризису 1994-1995 годов явилась девальвация песо, проведенная в конце 1994 года в целях содействия развитию экспорта и защиты национальных производителей от чрезмерного импорта. К этому экономическому фактору добавился политический — крестьянские волнения в самом бедном штате Чьяпас. Первым проявлением кризиса стало бегство иностранных спекулятивных капиталов из Мексики, вызванное опасениями за экономическую и политическую стабильность в стране. В течение 1995 года из страны было изъято около $10 млрд. Массовый перевод средств за границу привел к кризису банковской системы, следствием которого явилось банкротство ряда коммерческих банков и сокращение валютных резервов страны.
Кризис 1994-1995 годов грозил значительными потерями иностранным, в первую очередь американским, инвесторам. США поспешили на помощь Мексике как партнеру по торговой организации НАФТА. Вместе с МВФ Соединенные Штаты Америки приняли срочные меры по спасению мексиканской экономики и выступили гарантами пакета помощи в $51 млрд. Правда, именно американские корпорации стали основными бенефициарами ассигнований правительству Мексики на мероприятия по выводу страны из кризиса. Они извлекали несомненные выгоды от этих ассигнований: во-первых, правительство Мексики употребило эти средства на погашение своих финансовых обязательств перед иностранными инвесторами, а во-вторых, предоставление помощи было обусловлено рядом обязательств со стороны правительства Мексики, в частности, по осуществлению приватизации стратегически важных отраслей экономики, включая нефтехимию. Долларовые вливания в Мексику обусловили сравнительно быстрый выход страны из кризиса. Падение производства в 1995 году на 6,6% и инфляция в 52% сменились приростом выпуска продукции в 1996 году на 5,2% и снижением инфляции до 17%.
Азия
Следующий (в хронологическом порядке) масштабный кризис произошел в 1997- 1998 годах, его последствия изрядно прочувствовали и украинцы. Началось все с так называемых азиатских тигров, которые на протяжении периода с середины 80-х до середины 90-х годов были буквально образцом экономического роста. Но рост экономики не может длиться вечно. И волна оптимизма и радужных надежд в октябре 1997 года внезапно закончилась. Объем иностранного капитала, ежегодно инвестировавшегося в азиатские страны, в 1996 году составлял около $100 млрд. Но уже во второй половине 1997 года отток капитала из этих стран происходил почти такими же темпами. Ожидания экономического роста в несколько последующих лет не оправдались (не только для стран Азии, но и для мировой экономики в целом). Об угрозе национальным валютам в ряде азиатских стран начали говорить еще весной 1997 года. Но к лету 1997-го все вроде бы успокоилось, и осенние события были достаточно внезапными.
Кризис начался со значительного падения курса таиландского бата, что повлияло на ослабление валют других стран Северо-Восточной Азии. Этот процесс ускорился после объявления Тайваня о девальвации своей национальной валюты в октябре 1997 года. Во второй половине 1997 года обменный курс валюты в Индонезии упал более чем на три четверти, тайский бат и корейская вона обесценились почти вдвое, филиппинский песо и малайзийский ринггит потеряли более 40% своей стоимости. Рынки финансовых активов и недвижимости в азиатских странах также значительно обесценились.
Чтобы остановить продолжающийся экономический спад азиатского региона и ограничить его распространение в глобальном масштабе, МВФ и казначейство США послали своих представителей в проблемный регион. Эти организации предложили азиатским странам финансовую помощь с требованием проведения экономических реформ. Программы финансовой помощи (в размере $118 млрд.) помогли временно восстановить относительное спокойствие в регионе и сократить дальнейшее распространение дефолта в других государствах Азии.
Реально финансовая помощь МВФ больше помогла сократить потери банков Японии, США и Германии, предоставивших рискованные кредиты странам азиатского региона.
Однако на этом кризис не закончился, он перекинулся в Россию. Российская экономика и ее финансовые рынки к тому времени стали полноправными участниками международного рынка, и происшедшее в Азии имело достаточно сильное влияние на РФ. В первую очередь выросла доходность по предоставлявшимся России внешним займам, во-вторых, из-за снижения мирового потребления ресурсов цены на традиционные виды экспортных товаров России пошли вниз. В-третьих, международные инвесторы снизили объем инвестиций в развивающиеся страны, в том числе и в Россию.
Реакция российского фондового рынка на события в Азии практически ничем не отличалась от того, что произошло на других рынках. Как и во всем мире, индекс РТС резко упал, и с незначительными попытками роста снижался до декабря 1997 года. В декабре оптимисты на российском рынке сумели поднять стоимость российских акций на 20%. Подъему рынка способствовал рост акций в США, а также ожидание того, что теперь инвесторы направят свои средства не на рынок азиатских стран, а в Россию. Но как наивны они оказались! Рост цен акций в США происходил, в том числе, под влиянием заявлений мажоритарных акционеров о покупке акций. Например, с таким заявлением выступил Билл Гейтс. Другим проявлением патриотизма стал сбор населением золота в Корее для пополнения резервов страны. В России аналогичного стабилизирующего фактора не оказалось. Наоборот, стал наблюдаться отток с рынка средств не только непатриотичных нерезидентов, но и большинства резидентов. Итогом стал объявленный 17 августа 1997 года дефолт по внешним обязательствам государства Россия и почти четырехкратная девальвация рубля.
Аргентина
Последним из описываемых в данном материале будет аргентинский экономический кризис. В конце 2001-го мужчины с кейсами, набитыми американскими долларами, мощным потоком ринулись на пароходах из Буэнос- Айреса через реку Ла-Плата в уругвайскую столицу Монтевидео. В тамошних банках они выстроились в очереди, стали класть доллары на банковские счета и забивать ими ячейки. Уругвай — это южноамериканская Швейцария, надежная гавань для денег в смутные времена. Здесь не принято спрашивать, откуда миллионы.
Когда доллары были переведены за рубеж, наступила вторая фаза краха: аргентинское правительство заморозило все счета, запретив снимать в неделю более $250. Это ударило по мелким вкладчикам, оставившим свои деньги в банках. Десятки тысяч людей в отчаянии бросились в банки, многие ночевали возле банкоматов. Последний же этап разрухи начался в предместьях Буэнос- Айреса. Сначала на 60% снизилось потребление, а затем молодежь принялась грабить магазины. Под Рождество 2001 года 40 тысяч человек собрались на Пласа-де-Майо перед президентским дворцом. В течение дня и ночи они колотили сковородками по кастрюлям, и президент Фернандо де ла Руа, оказавшись на грани нервного расстройства, бежал из страны на вертолете.
Преемник президента де ла Руа отменил ограничения на обменный курс песо, который до этого был привязан к доллару в соотношении 1:1. Десятки тысяч мелких предпринимателей, набравших долгов на базе доллара, объявили себя банкротами. Безработица подскочила до 25%. В течение двух лет в Аргентине сменилось пять президентов. В 2003 году всех победил губернатор одной из провинций Нестор Киршнер. Он и стал новым главой государства. И тут же отказался от кредита МВФ, сообщив многочисленным иностранным кредиторам, что своих внешних долгов в размере $145 млрд. Аргентина погасить не сможет.
Вместо послесловия
Многое из описанного выше мы можем отыскать и в нашей экономической ситуации: и приток краткосрочного спекулятивного капитала, который властью воспринимался как невиданное благо, и перешедшее все границы превышение объемов импорта над объемами экспорта, и последовавший в самый неподходящий момент отток средств инвесторов-нерезидентов, и запреты на снятие денег в банках, и сокращение международных резервов. Жизнь еще раз доказала, что люди ничему не учатся. Ни на чужих ошибках, ни на своих (а ведь именно Ющенко и Стельмах стояли у руля НБУ в 1993-1998 годах).
Что ждет Украину? Все прогнозируемо. Отправной точкой будет кредит МВФ. На полученную сумму увеличат международные резервы Украины. Затем эмитируют гривню в эквиваленте размера выплат по кредитам (и процентам по займам), которые должны погасить государство и корпоративные заемщики в ближайшие 1- 2 года. Эмитированные гривни будут даны в кредит Минфину и корпоративным заемщикам. Они приобретут на них доллары и евро, после чего погасят свои внешние долги. Благодаря кредиту МВФ кредиторам нашей страны и украинских компаний удастся вернуть долги. Международные резервы, также благодаря кредиту МФВ, не уменьшатся. То есть МФВ решает две проблемы — спасает Украину от дефолта, а иностранных кредиторов нашей страны и отечественных компаний от убытков. Не уверен, что стоит в чем-то обвинять МВФ, который, по сути, выполняет свои уставные функции.
Что будет в итоге с нами? Полагаю, что выживем. Правда, совсем иные курсы будут в пунктах обмена валют и совсем другие ценники в магазинах. Впрочем, мы это уже проходили. Другое дело, что выводов никаких мы, граждане Украины, не сделали. Иначе другие бы люди руководили экономикой нашей страны. Был бы от этого лучший результат? Тоже не очевидно.