Денежные (Профиль Украина)

Юрий Сколоздра
Какие люди на самом деле стоят за вывеской того или иного банка в Украине, официально стало известно лишь в январе нынешнего года
Тогда Нацбанк впервые обнародовал списки владельцев крупных долей в финансовых учреждениях, работающих на украинском банковском рынке. А поскольку банки – очень прибыльный бизнес, истории появления и смены их владельцев достаточно интересны. Тем более что среди собственников банков немало известных имен.
Две громкие сделки взбудоражили украинский финансовый рынок в последние недели: это информация о приобретении Проминвестбанка и банка Надра. Первый может уйти к собственникам корпорации Укрподшипник, влиятельным представителям Партии регионов братьям Андрею и Сергею Клюевым (через их австрийскую компанию Slav AG), а второй собрался покупать уже почти легендарный бизнесмен Дмитрий Фирташ (Group DF), совладелец украинской доли РосУкрЭнерго. Сумму сделок, как водится в таких случаях, вслух не называют. Хотя понятно, что речь тут идет о сотнях миллионов долларов. И это даже несмотря на сильный информационный шум, поднятый вокруг финансового здоровья этих банков с приходом финансового кризиса в Украину. Впрочем, ничего удивительного: оба эти банка – в числе крупнейших финучреждений страны. Чтобы совершить подобную покупку в спокойное время, нужно переплатить 2–4 капитала такого банка. И еще недавно именно такие мультипликаторы назывались посвященными в сделки специалистами.
Для обоих банков приход новых собственников – это однозначно позитив, поскольку, судя по информации участников рынка и НБУ, без привлечения стратегических инвесторов эти финучреждения вряд ли смогли бы выполнять нормативы по ликвидности и адекватности регуляторного капитала, – полагает аналитик ИК Dragon Capital Виталий Ваврищук.
А вот для самих покупателей такое приобретение – не только покупка интересного актива, но и целый букет обязательств. По Проминвестбанку условия прописаны довольно жесткие: кроме оплаты самого пакета акций, в банк необходимо влить порядка $400 млн. в уставный капитал, плюс – рассчитаться с долгами и решить проблемы с ликвидностью. В противном случае Нацбанк может обратится к другим потенциальным покупателям. Банк Надра испытал заметный отток вкладчиков и получил крупное рефинансирование НБУ. И в какой-то момент регулятор, увидев, что силами тогдашних собственников ситуацию не исправить, подтолкнул их к продаже. В Group DF подтвердили участие в сделке и заверили, что рассматривают эту покупку как среднесрочное инвестирование, планируя поддерживать клиентскую базу и вкладывая средства в развитие банка. Речь также шла о постепенном переводе счетов предприятий, входящих в Group DF. Банк имеет свою нишу в ритейловом сегменте, и терять ее будет неразумно. Тем более, что Надра сохраняют большой потенциал роста активов и рентабельности капитала думаю, что банк останется в десятке крупнейших банков, – прогнозирует Виталий Ваврищук.
В 2009 году не исключено, что мы можем увидеть еще несколько подобных сделок, когда в условиях ухудшения показателей отдельных банков их собственники должны будут искать новых стратегических инвесторов и продавать контрольные пакеты акций банков, считает аналитик Dragon Capital. Количество слияний и поглощений в украинском банковском секторе будет нарастать, и это будет содействовать оздоровлению отрасли. Украина сегодня не нуждается в 180 банках, – заявил недавно и глава совета Нацбанка Петр Порошенко.
Под крылом
Кому в ближайшее время не грозят подобные слияния и поглощения, так это банкам, в последние несколько лет сменившим украинских собственников на мощные зарубежные финансовые группы. Наиболее интересными для них оказались крупные национальные банки с развитой региональной сетью. Так, банк Аваль был продан Федором Шпигом и Александром Деркачем австрийскому Raiffeisenbank (дочку австрийцев – Райффайзенбанк-Украина, в свою очередь, приобрел венгерский банк OTP). Контрольный пакет УкрСиббанка приобрел крупнейший французский банк BNP Paribas. По некоторой информации, он обошел в покупке конкурента – Societe Generale (SG), и последнему пришлось довольствоваться приобретением донецкого Икар-банка. Банкиры тогда отмечали, что в SG, руководство которого присматривалось и к Укрсоцбанку, и к Приватбанку, просто решило не переплачивать за крупный банк на перегретом украинском рынке. Дело было в 2007-м, когда украинские банки покупались один за другим, причем по баснословным ценам. Тогда слияния и поглощения в банковском секторе обеспечили 38% всех прямых иностранных инвестиций в Украину (в 2007 году они составили рекордных $9,2 млрд.).
В то время организовать и продать банк было выгодным бизнесом. Так бывшие собственники Аваля оперативно создали, а затем продали банк Престиж – его купила австрийская Erste Bank Group.
Сергей Тигипко продал сразу два своих детища – ТАС Коммерцбанк и ТАС Инвестбанк – шведскому Swedbank. Французская группа Credit Agricole, владеющая Калион Банком Украина, присовокупила к этому активу Индэкс-банк. А мощная банковская группа Центральной и Восточной Европы UniCredit начинала в Украине бизнес практически с нуля, купив сначала небольшой банк Пекао, затем ХФБ и в конце концов приобрела Укрсоцбанк. Он несколько раз выставлялся на продажу, но сделки до завершения не доходили.
Итальянская Intesa Sanpaolo выкупила этим летом Правэкс-банк у семьи Черновецких. Менее мощные фингруппы покупали небольшие банки – к грекам ушел Универсальный, австрийцам – Электрон. Не обошлось и без российских структур – ряд крупных банков РФ также прикупили ряд украинских банков: Петр Порошенко расстался с банком Мрия, Дмитрий Святаш – с недавно созданным АИС-банком, Альфа-групп приобрела КИБ.
В 2006–2007 годах спрос на украинские банки был огромен из-за того, что в Украине наблюдался потребительский бум, население вошло во вкус кредитования. И зарубежные банки, привлекая в свои украинские подразделения недорогие деньги, хорошо зарабатывали на стремлении украинцев приобрести бытовую технику, автомобили, дорожающую недвижимость. А в Украине тогда ожидали, что с приходом иностранцев в банковский сектор придут не только зарубежные стандарты обслуживания, но и стоимость услуг снизится. Но на пике роста спроса вполне логично, что на снижение прибыли не пошел никто. Теперь, в условиях кризиса, украинских иностранцев даже называют причиной усугубления ситуации – мол, изымая их прибыль (чтобы справится со своими проблемами), зарубежные собственники способствуют оттоку капитала и валюты из Украины.
Тем не менее, как считает финансовый директор Простобанк Консалтинг Александр Седых, материнские банки смогут поддержать свои украинские структуры, выдав кредит или пролонгировав его – в рамках одной структуры это сделать проще. Так что банки, пребывающие под крылом мощных зарубежных структур, выглядят более надежными.
Нужные активы
Некоторые украинские банки не успели найти покупателей, хотя вероятность их продажи была достаточно высока – это и Брокбизнесбанк, и Укргазбанк. В то же время ряд финучреждений вряд ли будут выставлены на продажу в принципе. Прежде всего, это государственные системные Ощадбанк и Укрэксимбанк, а также Приватбанк, ПУМБ, некоторые середнячки и региональные банки. Через Ощадбанк и Укрэксимбанк государство сохраняет присутствие и некоторую управляемость банковским рынком. Приватбанк – слишком мощная структура, чтобы на нее быстро нашелся покупатель. Да и его собственники – Игорь Коломойский и Геннадий Боголюбов – вряд ли в ближайшее время расстанутся со своим прибыльным активом. Тем более что у них было несколько подконтрольных банков поменьше, часть из них уже продана. ПУМБ вместе с Донгорбанком составляет часть группы СКМ Рината Ахметова: продавать ресурсное звено вертикально выстроенной ПФГ – значит, лишить себя прямого доступа к финансовой крови. Похожая ситуация и с банком Финансы и Кредит (контролируется Константином Жеваго).
Менее мощные банки также имеют свой резон для их владельцев, обеспечивая финансовые потоки в рамках их бизнес-структуры. Одесский бизнесмен Леонид Климов, возглавляющий группу Приморье (в нее входит строительный, торговый, туристический и медиабизнес), контролирует Имэксбанк.
Долю в местных банках имеют харьковские металлурги, западноукраинская группа Континиум, донецкая Олимп. Ряд банков завязаны на предприятиях – с одной стороны, это обоюдная выгода, с другой, – некоторая зависимость финансовых учреждений от ситуации в этих компаниях. К примеру, руководитель строительной корпорации ТММ Николай Толмачев покупать банк не собирался. Но в какой-то момент ситуация в банке-партнере резко ухудшилась, и бизнесмену показалось более выгодным приобрести его. Кстати, до кризиса г-н Толмачев собирался предложить через свой банк недорогую ипотеку.
Корпорация Укрподшипник до покупки ПИБа контролировала Актив-банк – не исключено, что после завершения сделки эти банки могут объединить. Среди совладельцев банков есть и Ужгородский коньячный завод, и Познякижилбуд, Мотор-Сич и даже АНТК им. Антонова. К некоторым банкам имеют отношение представители региональных властей: экс-губернатор Николаевщины Александр Садыков связан с АКБ Юнекс, совладельцем банка Золотые ворота является брат мэра Харькова Дмитрий Добкин, ну а Киевгосадминистрация напрямую владеет небольшим пакетом банка Крещатик.
Фамильные ценности
Многие владельцы банков из числа бизнесменов в капитале украинских банков участвуют через оффшорные компании. Но даже названия украинских совладельцев иногда умиляют: уже упомянутым Юнексом владеет группа обществ с ограниченной ответственностью с интересными названиями Челси, Эвертон и Сэлтик – почти английская футбольная премьер-лига, а не банк!
В то же время, как отмечают банкиры, после принятия Нацбанком решения о публикации владельцев банков их структура все же стала более понятной: клиенты, оценивая риски, могут принять более взвешенное решение, иметь ли дело с конкретным финучреждением.
А вот среди собственников небольших банков встречается немало интересных владельцев. Некоторые являются буквально семейным бизнесом. Например, Захидинкомбанком владеет семья Гаврилишиных, банком Финансовый Союз – семьи Соседка и Фоменко, Финростбанком – семья Жовтис, а Промэкономбанком – семья Лихтеровых. В Донецке есть даже банк Фамильный: им владеет гражданин Украины Борис Комиссарук и гражданка Израиля Бася Комиссарук вместе с гражданкой Украины Ольгой Грач.
По профессиональной стезе, но с уклоном в финансовую сферу пошел экс-глава НАК Нафтогаз Украины Алексей Ивченко: он с женой, двумя дочерьми и племянником владеют контрольным пакетом Европейского газового банка, которому всего два года, но он специализируется на обслуживании компаний газового рынка. Участники рынка полагали, что г-н Ивченко купил банк для перепродажи. Тем не менее – возможно, из-за ухудшения конъюнктуры и финкризиса – банк пока владельцев не сменил. Еще одно учреждение имеет совладельцев-специалистов нефтегазовой сферы: пакеты Укргазпромбанк сосредоточены у семьи Сухиных (родственники Ильи Рыбчича, экс-руководителя Укргаздобычи, члена правления, зампреда НАК Нафтогаз Украины), Богдана Клюка (бывший глава Укртрансгаза, зампред НАК Нафтогаз Украины, замминистра топлива и энергетики) и Ивана Дияка (экс-советник президента Виктора Ющенко).
Учитывая финансовый кризис, вряд ли стоит ожидать новой волны ажиотажных покупок украинских банков. Однако внутренние поглощения более слабых игроков очень вероятны. Особенно это касается небольших банков, которые сильно зависят от нескольких крупных клиентов, и розничных банков – там высоки риски невозвратов кредитов. А вот давно ожидаемого активного открытия филиалов иностранных банков (в связи с вступлением в ВТО) вряд ли стоит ожидать: регламент их деятельности пока лишь на стадии проекта, да и прописаны в нем довольно жесткие условия. Так что в ближайшее время украинскому банковскому сектору предстоит вариться в собственном соку. Разве что азиатские тигры оклемаются быстрее остального мира и рискнут инвестировать в развивающиеся рынки, коим еще остается и Украина.
Банковский рынок Украины