Мы можем передавать свои наработки банкам, а они — выстраивать свои линии юридической и экономической защиты

В интервью і и. о. председателя СБУ Валентин Наливайченко опроверг слухи о его возможном назначении главой Секретариата президента, предложил банковскому сектору более активно сотрудничать со спецслужбой и рассказал о сложностях работы с оффшорами при возвращении капиталов.
Вопрос: Почему выездная коллегия СБУ по экономическим вопросам проходит сегодня именно в Донецке?
Ответ: Коллегия посвящена безопасности украинских банков и банковской системы в целом. Второй приоритет коллегии — противодействие легализации грязных денег и выведению их за границу. Почему коллегия в Донецке? Потому что первые попытки дестабилизировать банковскую систему Украины, первая рейдерская атака на Проминвестбанк начиналась именно в Донецке.
Первый этап расследования уголовного дела мы уже обнародовали, но масштабы проблемы продиктовали необходимость провести коллегию и подключить все областные управления СБУ в тесном взаимодействии с Нацбанком, его региональными отделениями, коммерческими банками. Сейчас надо действовать на упреждение и желательно уведомить компетентных лиц о наличии угроз для банков. Для нас нет большой разницы — под угрозой коммерческое банковское учреждение или государственное. Если банки украинские, то мы готовы работать в интересах их стабильности.
В: То есть работать вместе со службой безопасности (СБ) банка?
О: Не совсем. У СБ банка есть свой сегмент работы — компьютерная безопасность или информационная — мы к этому отношения не имеем. Речь идет об упреждении любых дискредитационных или рейдерских сговоров в отношении банков, как это было с ПИБом и еще несколькими банками в Киеве. Мы могли бы передавать наши наработки банкам, а они, в свою очередь, выстроить линии юридической и экономической защиты.
Если говорить более конкретно, только в этом году нами прекращена деятельность 11 так называемых конвертационных центров, через которые ежемесячно отмывались десятки миллионов гривень. Последние 8 уголовных дел, которые были возбуждены СБУ в Полтавской, Киевской, Днепропетровской и еще нескольких областях, были возбуждены в отношении одной преступной группировки, которая занималась незаконным возмещением НДС — на 150 млн.
грн. Дело не только в безопасности самих банков, но и в безопасности всей финансовой системы государства от внешних угроз.
В: Вы говорите об 11 конвертационных центрах, работу которых вы пресекли. Но, уверена, что в Украине действует еще немало подобных помоек. Почему бы не сделать так, чтобы они вообще не действовали?
О: В этом и состоит смысл коллегии. В ней принимают участие и сотрудники прокуратуры. Мы хотим выйти на тот алгоритм действий, когда на нашу информацию будет реагировать НБУ. Например, мы через уголовные дела остановили вывод за границу средств из Уникомбанка и еще одного его банка- партнера (СБУ связывает эти структуры с народным депутатом от БЮТ Александром Шепелевым.- і). Эти банки легальные, но они создают фиктивные предприятия, заключают фиктивные договоры, контракты. И деньги выводятся из страны, разворовываются — вот что самое главное.
Вопрос: И какие суммы выводились?
Ответ: Сделка только одного дня, проходящая по счетам одного из названных банков, составила 18,8 млн. грн. При этом люди знали, что мы придем — СБУ же не появляется без санкции. Сложно представить масштаб годовых объемов.
Еще несколько важных вопросов, которые поднимаются на коллегии,- связанные с конвертационными центрами, возмещением НДС и фиктивными предприятиями.
В: Валентин Александрович, что касается ПИБа, почему под эту схему попал именно Проминвестбанк? После того как ситуация максимально осложнилась, пошли разговоры о возможной скорой продаже банка. Не моделировалась ли эта ситуация самими покупателями и причастны ли представители других государств?
О: Рейдерская схема была спровоцирована под продажу — я подтверждаю. У нас по этому поводу есть информация в рамках уголовных дел, плюс уголовное дело, которое возбудила Генпрокуратура. Как спецслужба мы можем сделать следующий вывод — привлекательность Проминвестбанка в том и состоит, что у него хороший кредитный портфель, а в нем -2,3 млрд. грн. кредитов госпредприятий, транспортного и энергетического секторов, Угля Украины, например. Солидный портфель не только для нормального инвестора, а и для того, кто путем дестабилизации ситуации хотел бы незаконно завладеть таким пакетом.
В: То есть покупатель, приобретя банк, получает долги этих предприятий.
О: Он получает контроль над госпредприятиями Украины. Рейдеры понимают, что если невозможно законно провести приватизацию, то давайте возьмем предприятия через кредитный портфель, установим контроль над долгами предприятий, а через долги запустим рейдерские схемы. Кстати, СБУ поддерживает инициативу президента и СНБО в том, что этот банк нужно оставить в госсобственности или чтобы ему помогли украинские банки. И то, что за этой рейдерской схемой стояла одна их российских финансово- промышленных групп, я это подтверждаю.
В: Какая именно?
О: Мы расскажем об этом после завершения расследования уголовного дела.
В: Каким образом Уникомбанк мог вывести из страны около 400 млн. грн., если финансовые показатели банка значительно ниже, а его уставный фонд и вовсе около 32 млн. грн.?
О: Этим и опасны структуры такого рода. В день за границу выводится половина уставного фонда. Мы продолжим расследование, чтобы такая схема больше не сработала. Над этим будут работать и НБУ, и совет НБУ. Хочу поблагодарить Петра Порошенко за его позицию и возможность предоставить нашу информацию коммерческим банкам через Совет НБУ.
В: После решения Конституционного суда о том, что госзакупки не могут регулироваться подзаконными актами, которыми являются постановления Кабмина, правительство на внеочередном заседании приняло новое постановление. По словам Юлии Тимошенко, оно согласовано с Секретариатом и Минэкономики, впрочем его мало кто видел.
О: Сейчас годовой объем госзакупок — 207 млрд. грн. По сравнению с предыдущим годом, это увеличение на 13% бюджетных средств, причем через механизм, который сейчас находится в Минэкономики. Я бы хотел, чтобы в процессе нормального сотрудничества с Кабмином и Минэкономики было разъяснено всем участникам рынка, почему больше 50% госзакупок осуществляется у одного исполнителя. Даже если там действительно уникальные разработки, то все равно сомнительно, что около половины госзакупок проходят вне конкурсов. Нас очень беспокоит, несмотря на то, что это не наша подследственность, а МВД и ГНАУ, что даже на памятниках и культурных учреждениях, которые за госсчет содержатся или ремонтируются, так называемые откаты или превышение реальной стоимости товара доходит до 40%.
В прошлом году в уголовных делах, которые мы возбуждали, суммы были куда скромнее. Это значит, что что-то в госсистеме не работает.
В: В силу того, что по госзакупкам было повторное постановление Кабмина уже после решения КС, их механизм не соответствует Конституции. Значит, будет принят закон. Что в нем следует прописать для минимизации теневых схем?
О: Проще сказать, чего в законе не должно быть. Не должно быть никаких Тендерных палат или чего-то подобного, куда весь бизнес, в том числе и госучреждения, должны платить достаточно серьезный сбор. Процедура госзакупок должна быть прозрачной и не сводиться к монополии. СБУ тоже осуществляет госзакупки. У нас, как и у всех, на официальном сайте есть перечень госзакупок, и в тендере менее семи участников участия не принимают, причем они не сотрудники СБУ и не наши фирмы! К сожалению, мы уже имеем негативный опыт предыдущего законодательства. Даже в Беларуси все госзакупки проходят через тендеры, и единый исполнитель там встречается в 5- 6% случаев.
В: Но Минэкономики и Межведомственная комиссия по госзакупкам — тоже монополисты.
О: В том числе. Вместо Тендерной палаты появилась никому не известная Межведомственная комиссия. Хорошо, если она работает прозрачно. Но если выводятся в тень или разворовываются деньги из госбюджета, в том числе — в системе госзакупок через фиктивные предприятия — нас это однозначно волнует.
В: Причастны ли к этим схемам представители депутатского корпуса? На этот счет было много информационного шума, но есть ли что-то конкретное?
О: Во время действия предыдущего закона было много уголовных дел. Не припомню, чтобы там были именно депутаты. Фигурировали конкретные фирмы, лица и некоторые чиновники. Но это для нас пройденный этап.
В: Возможна ли такая форма пополнения бюджета страны, как возвращение средств, которые находятся в оффшорах, в том числе — с арестованных счетов? Например, весной министр юстиции Николай Онищук летал в США и подписывал соглашение с Антигуа и Барбуда о возвращении незаконно вывезенных средств.
О: Было такое соглашение, но о разделении средств так и не договорились.
Это дело в отношении Павла Лазаренко. Я работал в США, поэтому знаю эти процессы. Оффшорные зоны — на то они и оффшорные. У стран, на территориях которых находятся оффшоры, нет соглашений с другими странами о предоставлении правовой помощи. Но есть такой юридический момент — можно договориться c властями оффшора. Это напоминает коммерческое соглашение.
Например, выяснилось, что в рамках расследования уголовного дела наши должностные лица наворовали средств, власти оффшора заявляют: У вас есть правосудие, мы его уважаем. Как будем делить? — и выставляются процентные соотношения. В США, например, это возможно, но там другая система правосудия, органов юстиции и прокуратуры.
В: По Фаине в последнее время появилось много информповодов от омбудсмена Нины Карпачевой. Но над освобождением заложников работает и группа, о результатах работы которой пока не слышно. Есть ли результаты переговоров?
О: Нина Карпачева уже вернулась в Украину и заявила, что никаких переговоров она с пиратами не вела, никаких коммерческих предложений не делала. Самое важное — спасти наших граждан, поэтому те, кто за этот процесс отвечает, ведут себя очень тихо. Нужно дать возможность судовладельцу спокойно закончить переговоры, а все остальные должны только содействовать этому процессу. Подтверждаю, что на судне хватает продовольствия, топлива и судно в рабочем состоянии.
В: Недавно появлялась информация о том, что к компании-судовладельцу причастен Игорь Урбанский (экс-народный депутат от СПУ, замглавы Минтранссвязи Иосифа Винского). Проверялась ли она и соответствует ли действительности?
О: Было поручение Секретариата президента, информация прорабатывается, пока о результатах не говорим.
В: В госбюджет-2009 вы запросили для СБУ 5,6 млрд. грн., а Кабмин готов удовлетворить менее 45%. Ведутся ли переговоры с Кабмином об увеличении финансирования?
О: СБУ находится в состоянии реформирования. При этом мы, наверное, единственное ведомство, которое не увеличивает штат сотрудников, а сокращает. И мы вообще не занимаемся реализацией избыточного имущества, коммерческой деятельностью, платных услуг не предоставляем. Необходимо перенимать европейский опыт: есть количество угроз нацбезопасности и есть программы, в рамках которых выделяется финансирование. Например, если в Украине есть угроза коррупции, то должно формироваться подразделение, а под него бюджет. Как только эта угроза отпала, людей переводим на другие приоритетные дела и финансирование закрываем. Но сотрудник при зарплате в 2- 2,5 тыс. грн. приходит в учреждение, где расследуются хищения на 20 млн.
Хорошо, что у нас патриоты работают, но насколько сложно устоять. В начале года я несколько раз встречался с премьером, готовил письменные предложения, был на комитете Рады. У меня одно предложение — зарплаты надо повысить, и далеко не руководящему составу. Руководящий состав, кстати, за последние два года ни одной премии не получил.
В: Финансирование часто зависит от политической ситуации. Не думали ли вы закрепить бюджет СБУ за, например, определенным процентом от ВВП или процентом от средств, вернувшихся в бюджет, благодаря вашей работе?
О: Сегодня разработан проект закона о СБУ, где предусматривается, что в бюджет СБУ поступает 0,5% от ВВП. Другой вопрос, когда Рада пропустит этот закон? В новом законопроекте мы предусматриваем и повышение социального статуса сотрудников.
В: Когда может быть принят этот закон?
О: На ближайшем заседании СНБО будет принята программа реформирования СБУ и представлен президенту закон. Он прошел обсуждение неправительственных организаций и экспертов, общественный контроль. После презентации он будет внесен на рассмотрение профильного комитета Верховной Рады, а дальше все зависит от парламента.
Закон необходим. Возьмем такую тему, как прослушивание — эти мероприятия разрешены только по решению суда. А что дальше делать, после того, как мероприятие закончилось? А если подозрения в отношении его объекта не подтвердились? Необходимо в законе учесть эти моменты, например, уничтожать такие материалы или пригласить гражданина, открыто сообщив ему, что в отношении вас проводилось оперативно-техническое мероприятие, но мы в вашем присутствии материалы уничтожаем. В такие моменты и проявляется реформирование и декагебизация.
В: Кстати, ранее у вас проходили мероприятия по добровольной сдаче комплексов по прослушиванию.
О: (Смеется.) Было, один комплекс министр Цушко даже сдал. Но за последний год СБУ нашла три таких комплекса, одно дело уже дошло до суда. И мы хотим остановить работу еще одного комплекса.
В: На сайте МВД был обнародован список телефонных разговоров судей, причастных к рассмотрению указа президента о роспуске Рады, указывалось время, а также чиновник из Секретариата президента, с которым судья беседовал. Насколько это законно, и можно ли сделать вывод, что судьи прослушиваются постоянно? Или, например, только во время рассмотрения президентских указов?
О: Конечно, это незаконно, судей нельзя прослушивать! Прослушивание возможно только по решению суда и только нашим подразделением. Все остальные не имеют права этим заниматься. Я дам поручение, и мы будем реагировать вместе с прокуратурой, чтобы выяснить, откуда взялась в МВД эта информация. Кроме того, у нас в законодательстве нет нормы о том, что информация, добытая незаконным путем, не имеет никакой силы — ее вообще нельзя обнародовать!
В: На этих выходных было массовое мероприятие, проводимое подкарпатскими русинами. На нем звучали сепаратистские заявления. Будет ли реакция СБУ, и кто финансирует русинов?
О: Уголовное дело уже есть, по ст. 110 УПК. Оно было возбуждено в июне с.г.
Повестки организаторам вручены, они будут допрошены. Мы хотим безотлагательно передать это дело в суд, чтобы на территории Украины запретить деятельность организации русинов. Группа следователей работает в Закарпатье с субботы. Хочу поблагодарить органы местной власти, они действительно не принимали в этом никакого участия, и это существенно облегчает нашу работу. Могу сказать, что финансирование у этой организации внешнее.
В: На прошлой неделе курсировала информация о возможной отставке Виктора Балоги. Поговаривали, что ваша кандидатура рассматривалась на его должность.
О: Это сплетня.
В: А кому выгодно ее появление?
О: Могу сказать только, что такие истории контрпродуктивны. Президентская команда, в том числе Балога и Наливайченко, работают, как и работали. Меня и послом отправляли работать в Швейцарию. Но туда Игорь Дир уехал. Все это слухи.
Валентин Александрович Наливайченко родился 8 июня 1966 г. в Запорожье. Окончил Киевский национальный университет им. Т.Г. Шевченко. 1994-1997 гг. — второй, первый секретарь посольства в Финляндии, по совместительству — в Дании и Норвегии. 1997-2001 гг. — первый секретарь, советник, завотделом, замначальника консульского управления МИД. 2001-2003 гг. — генконсул посольства Украины в США. 2003-2004 гг. — директор департамента консульской службы МИД. 2004-2006 гг. — замминистра иностранных дел. В 2006 г. — посол в Беларуси. 29 мая 2006 г. — первый замглавы СБУ. С 22 декабря 2006 г. — и.о. главы СБУ.