Мы хотим размещать риски в Украине, но это, оказывается, практически невозможно— считает Лариса Непочатова, председатель правления АСО Бусин

Беседовал Юрий Гусев
ДОСЬЕ БИЗНЕСа
ЛАРИСА НЕПОЧАТОВА, председатель правления акционерного страхового общества Бусин
РОДИЛАСЬ:
19 марта 1961 г. в г.Тернополе.
ОБРАЗОВАНИЕ:
Киевский институт инженеров гражданской авиации, факультет автоматики и вычислительной техники, специальность — инженер-системотехник (1983 г.); защитила кандидатскую диссертацию в области безопасности полетов (1990 г.).
КАРЬЕРА: с 1990 г. — занимала различные должности на Львовском авиапредприятии; с 1993 г. — генеральный директор, позднее председатель правления АСО Бусин.
СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ: замужем, есть сын.
УВЛЕЧЕНИЯ: автомобили, драгоценности.
В случае вступления Украины в ВТО местные страховые компании (СК) рискуют потерять рынок страхования крупных рисков, проиграв в конкурентной борьбе крупным иностранным страховщикам. И произойти это может уже в ближайшее время. По словам Виктора Ющенко, Украина может стать членом ВТО уже в марте 2008 г. Тем не менее некоторые СК не намерены уходить в розницу и отдавать рынок страхования крупных рисков иностранным конкурентам. Естественно, в сложившейся ситуации подобным страховщикам приходится серьезно задумываться о поиске новых источников увеличения капитала, поиске стратегических инвесторов как внутри страны, так и за ее пределами.
О КРУПНЫХ РИСКАХ И ВТО
—Вступление Украины в ВТО может стать серьезной проблемой для страховых компаний, в том числе и для тех, которые работают на рынке страхования крупных рисков. Насколько велика вероятность того, что западные СК заберут себе наиболее привлекательных клиентов в авиации, морских перевозках, космической сфере?
—Украинский страховой рынок к конкуренции готов. Ведь уже па протяжении 15 лет, сколько существует наша компания, я слышу о скором вступлении в ВТО. Я, безусловно, понимаю, что рано или поздно это случится и это будет хорошо. Но иностранцы тысяча ми не прилетят в Украину и не начнут вместо украинцев подписывать крупные риски. Страхование — это в первую очередь андеррайтинг. Должен быть профессионал, который возьмет риск, оценит его, учтет национальные особенности страхования. В итоге, это все равно будут отечественные специалисты, которых наймет иностранный страховщик. А какова в портфеле страховщика доля национального капитала, какова иностранного — не важно! К тому же крупные риски никогда и не страхуются в пределах одной страны. Японские и китайские самолеты перестрахованы точно так же, как украинские или французские, — по всему миру.
—На рынке бытует мнение, что иностранные перестраховщики весьма неохотно принимают в перестрахование украинские объекты, в том числе суда, устаревшие авиапарки и прочее?
—Я бы не сказала. Не открываются те двери, в которые не стучат. С иностранными перестраховщиками надо уметь работать, ведь компании существуют разные, с разной корпоративной политикой. Мы за 15 лет деятельности никогда не получали отказа в перестраховании украинских рисков; интерес был и есть. Когда мы только начинали, перестраховочные платежи, конечно, были больше, перестрахование стоило дороже. Сегодня цена справедлива. Но это свидетельствует о том, что просто нужно работать! Например, Международные авиалинии Украины (МАУ) страхуются в рамках SAFIT Group, в которую входят такие компании, как Swiss Air, Austrian Airlines, Finn Air, Iberia. В целом, размещается риск 600 самолетов по одному комплексному полису. При этом МАУ получают такую же низкую цепу, как и другие авиакомпании группы SAFIT. Это и есть реальная интеграция. Но дело в том, что для того, чтобы вступить в указанную группу, нужно было доказать, что и МАУ, и СК Бусин делают бизнес на таком же уровне, как европейские авиакомпании и их европейские страховщики.
—Во сколько можно оценить украинский рынок страхования крупных рисков? Существуют оценки на уровне 250 млн грн. страховых премий в год…
—Моя оценка намного выше. У нас много крупных промышленных предприятий, много крупных проектов. В Украине функционирует огромная транспортная система всех возможных уровней (море, реки, авиация, железные и автомобильные дороги, трубопроводы всех мастей, энергосистемы и т.д.). Все это — объекты страхования и крупные риски. Поэтому указанная цифра очень мала. Скорее всего, имелись в виду те риски, которые уже застрахованы и по которым компании уже собирают деньги.
Но на украинском страховом рынке множество проблем. Вы знаете, как сегодня страхуют многоэтажные здания в Киеве? Поэтажно, без аккумуляции риска. Например, здание оценивается в $30 млн. По идее, СК придется большую часть страховой суммы отдать в перестрахование, а себе оставить только чуточку. Но зачем перестраховывать? Крупный риск дробится на более мелкие, а их аккумуляция не учитывается. И вы не найдете таких требований в наших законах и подзаконных актах. Это остается на совести страховщика. Крупный это риск? Да, конечно, крупный, несмотря на то, что его разбили на более мелкие. А что будет, если наступит страховой случай? Это никого почему-то не интересует.
—По данным Госфинуслуг, по сравнению с 2005 г., в 2006 г. премии по обязательному авиационному страхованию гражданской авиации сократились с 118,2 млн грн. до 104,2 млн грн. Чем вызвано снижение показателей?
—Просто уменьшились цены на страхование для наших клиентов. Это глобальная тенденция в авиационном страховании. Надо учитывать кризис, наступивший после 11 сентября.
Мировой рынок авиастрахования был разрушен до основания! Тогда цены для всех взвились до заоблачных уровней. Сейчас стоимость авиастрахования постепенно возвращается к нормальной, т.е. рынок восстановился. Думаю, что результаты 2007 г. покажут, что рынок украинского авиастрахования пошел в рост благодаря увеличению количества более дорогостоящих воздушных судов и новым международным требованиям по лимитам ответственности.
—Ситуация со страхованием и перестрахованием морских рисков в Украине, насколько мне известно, гораздо хуже.
—Давайте поговорим о том, что мы понимаем под термином морское страхование. У нас есть реестр морских судов, аналогичный реестру авиационных судов. И надо посмотреть, что же у нас осталось в реестре. Очень, мало. О национальном морском страховании можно говорить, когда есть суда, которые ходят под национальным флагом.
—По данным Госфинуслуг, в 2005-2006 гг. премии местных СК по страхованию морских перевозчиков равнялись нулю. Получается, мы данный рынок уже потеряли?
—Вопрос в том, что потеряли? Появятся украинские танкеры и пассажирские лайнеры — будет морское страхование. Отсутствует предмет страхования, а не страхование.
0 ПРОДАЖЕ КОМПАНИИ
—Стремясь решить проблему капитализации, многие украинские СК ищут стратегических инвесторов как внутри страны, так и за рубежом. Актуален ли данный вопрос для вашей компании?
—Данный вопрос актуален для всех украинских страховщиков, и для нас в том числе. Бедная СК, как и бедный банк, никому не нужна. Как и банк, СК должна быть богатой. В принципе, деньги можно заработать. Динамика развития у компании есть. По сути, весь капитал мы заработали за счет реинвестиции дивидендов. Конечно, темпы развития замедляются, они уже не такие, как в 1990-е годы, ужесточилась конкуренция, изменились многие другие факторы. Нужны инвестиции. Где их взять? Законом предусмотрен лишь один способ — нужно продавать акции, других способов просто нет.
—Будут ли акции проданы существующим акционерам или ведутся переговоры с иностранными инвесторами?
—Мы планируем значительно увеличить уставный фонд, гарантийный фонд и, конечно, резервы.
Частично это происходит за счет средств существующих акционеров, т.е. реинвестирования прибыли. Параллельно процесс поиска инвесторов уже начат. Какой пакет акций будет продан, пока неизвестно. Мы готовы к тому, что может прийти и стратегический, и финансовый инвестор. Выбор партнера — это достаточно тонкий процесс. Нужно получить четкое описание состояния компании, проходящих в ней процессов, доли рынка, реалистичной стратегии и т.д. Только после этого появляются первые оценочные характеристики компании. И этот процесс занимает не один месяц и даже не один год. Мы полтора года уже в этом процессе, нанимали американских юристов, проходили международный аудит для того, чтобы говорить на одном языке с инвесторами. Это тот случай, когда процесс не менее важен, чем результат.
—Предложения купить компанию уже поступали?
—Безусловно, предложения поступали, но я не хотела бы сейчас о них говорить. Скажу только, что речь идет о значительном увеличении капитализации пашей компании.
О МИЗЕРНОЙ ЕМКОСТИ
—На местном страховом рынке проблема капитализации стоит довольно остро, как вы оцениваете капитализацию украинских СК?
—Мне кажется, что в первую очередь следует оценивать емкость рынка — общую и по видам страхования. Если сложить активы всех украинских СК, то теоретически емкость рынка, т.е. страховая сумма риска, который на себя могут принять украинские СК, выглядит весьма внушительной. Но реальная емкость рынка куда скромнее, потому что есть одно большое но. Наш законодатель задекларировал, что перестраховывать конкретные риски можно только в тех СК, которые имеют лицензию на этот конкретный вид страхования. Выходит, что у нас более 400 компаний, в которых теоретически можно было бы разместить риск. Но в то же время я могу разместить крупный риск только в тех СК, которые имеют лицензию на соответствующий вид страхования. Закон О страховании значительно сузил отечественный рынок перестрахования, а все, что не помещается в Украине, должно быть перестраховано за рубежом. У меня возникает вопрос, зачем говорить, что страховщики выводят деньги за границу и т.д.?
Мы хотим размещать риски в Украине, но это, оказывается, практически невозможно. В целом, емкость рынка вроде бы и не такая уж маленькая. Но практически, по видам, она ничтожна. Яркий пример — Ядерный страховой пул Украины (ЯСПУ). В пул входят 32 компании. И украинские ядерные риски размещаются только среди этих 32 СК. А в Украине зарегистрировано 442 СК! То есть выходит, что емкость национального Пула по ядерным рискам складывается из емкости 32 СК и составляет 254,2 млн грн.
—Известно, что ваша СК также испытывала проблемы с вступлением в ЯСПУ.
Мы три года этого добивались. Система приема в Пул новых членов была построена на тайном голосовании, а компании, получившей отказ, даже не объясняли его причину. Нас это немного удивило, так как это нарушает принципы добросовестной конкуренции. Группа компаний обратились в Антимонопольный комитет Украины, заявив, что голосование за принятие в ЯСПУ новых членов должно быть открытым, а отказ — аргументированным. АМКУ нас поддержал, и ЯСПУ изменил свои правила. Теперь АСО Бусин — член ЯСПУ.
—Чем интересен для СК рынок страхования ядерных рисков?
—ЯСПУ страхует не только украинские риски, но и перестраховывает риски других стран. В разных странах есть свои ядерные страховые пулы. Насколько мне известно, представители иностранных ядерных страховых пулов приезжают в Украину, рассматривают возможность размещения здесь рисков.
0 БИЗНЕСЕ
—Если сравнивать первые полугодия 2007 г. и 2006 г., то компания удвоила показатель собранных страховых премий до 20,045 млн грн. (за 6 месяцев 2005 г. — 10,196 млн грн.). В предыдущие годы такой динамики не наблюдалось. За счет чего удалось увеличить сборы, компания пошла в розницу?
—Мы, безусловно, выходим на новые рынки. Потенциал страхового рынка огромен, и темпы развития на нем также могут быть значительными. Ведь в Украине, по сравнению с европейскими странами, процент застрахованных рисков еще очень невелик, как и доля страхования в ВВП страны. Авиационное страхование, конечно, для нас остается локомотивом. Но нас привлекают совершенно новые для Украины страховые продукты, которых требует бизнес Я вообще считаю, что СК, которые за являют, что занимаются всем, лукавят. Специализация есть почти у любой СК, кто бы что ни говорил. При этом хочу подчеркнуть, что наша компания не занималась и не занимается массовым стандартным ритейлом. И в стратегии развития компании данное направление не предусмотрено. Я глубоко убеждена что рост рынка страхования физлиц не произошел сам по себе за счет развития страхования. Исключительную роль в данном процессе сыграли банки, наращивающие кредитование физлиц. Заметьте, сами по себе СК до сих пор не продавались. Продажа СК является вторичной от продажи банка. Сейчас принято покупать пару — банк и связанную с ним СК. Исключение составляет разве что СК Оранта.
— В 2007 г. СК Бусин передала часть своих активов в управление КУА Эффект. В чем причина такого шага, какие активы были переданы в управление?
— Когда в компании есть деньги, то с ними необходимо что-то делать, заставлять их работать. К тому же активы надо диверсифицировать. Мы очень позитивно относимся к бурному развитию КУА в Украине. Другой вопрос, что многие СК тратят все, что зарабатывают, и держатся только на валовых поступлениях, не имея свободных денег ни для самостоятельного оперирования, ни для передачи КУА. Нужно доверять профессионалам. Компаний по управлению активами должно быть много, и мы с удовольствием будем с ними работать. Причем не важно, какой именно инвестиционный портфель сформирует управляющая компания. Мы передали им деньги, и они должны обеспечить доходность и надежность.
0 НЕПРОЗРАЧНОСТИ
— Насколько я понимаю, страховщикам часто приходится сталкиваться с отсутствием информации о рынках, на которых они пытаются работать.
— Проанализировать страховой рынок даже самой Украины на сегодня не представляется возможным. Никогда и нигде официальный орган надзора за страховым рынком не публиковал данных о деятельности всех без исключения компаний, работающих на рынке. Один раз газета БИЗНЕС опубликовала данные о реальных результатах работы СК под метким названием Тайная сотня (см. №18-19 от 08.05.06 г., стр.52-56). Занавес только приоткрылся, и хотя бы стало чуточку понятно, что же такое наш рынок. Вообще же, отчетность, собираемая регулятором, остается тайной за семью печатями. Сколько раз мы просили изменить положение вещей! Как можно работать на рынке, если ты даже не знаешь, что на нем происходит, как можно проводить какие-либо исследования, готовить аналитику? Все, что публикуется, — это данные, добровольно присланные открытыми СК. Но как можно делать выводы на основании данных всего 100 СК, тогда как их более 400?! Но я понимаю и регулятора. Некоторые компании пригрозили органам страхового надзора судом, если будут обнародованы статистические данные об их деятельности без их согласия.
—Но компании обязаны публиковать хотя бы свою годовую отчетность.
—Да, это так, без этого Госфинуслуг не примет отчетность. Знаете, как поступают некоторые компании? Публикуют свои данные в какой-нибудь мелкой газете и затем выкупают весь тираж. По закону, все правильно, ведь не написано, в какой именно газете надо публиковать свои показатели.
В проекте новой редакции Закона О страховании есть очень много прогрессивного в отношении открытости и прозрачности рынка. Но его принятию могут воспротивиться компании, которые не заинтересованы в открытости.
Возникает также и другой интересный вопрос. Если 100 компаний страхуют 85% рисков, то чем занимаются остальные, а это ведь 340 СК?! Чем быстрее этот хвост в 300 компаний отпадет, тем лучше и качественнее будет работать рынок. Иначе будет продолжаться нецивилизованная конкуренция, демпинг, дискредитация рынка в глазах клиентов, населения и тому подобные негативные явления.
0 РЕЙТИНГАХ
—Какие проблемы можно отметить в сфере перестраховании крупных рисков?
—Больших проблем, таких как невозможность найти поле перестрахования украинских рисков за границей, не существует. Существует проблема неумения некоторых страховщиков работать со специфическими рынками. Например, лондонский рынок, Lloyds или японские, южнокорейские пулы, рынки арабского мира и Восточной Европы очень отличаются. И с таким разнообразным международным страховым рынком в целом работать непросто.
—Тем не менее западные страховщики и перестраховщики большое внимание обращают на наличие у СК международного рейтинга надежности. Единицы украинских СК могут предъявить подобный рейтинг, почему так происходит?
— Я вам отвечу. Получить международный рейтинг украинской СК будет стоить около $170 тыс. К тому же рейтинг можно получить, только если компания пройдет международный аудит одного из аудиторов большой четверки. В общей сложности, затраты достигают $0,25 млн. Эту сумму нужно будет заплатить только для начала разговора. А какой рейтинг присвоят — неизвестно. Поэтому многие СК просто не идут на такие расходы.
Совершенно другое дело для украинского страховщика рейтинг по национальной шкале, полученный в национальных рейтинговых агентствах, таких, например, как Эксперт- рейтинг или Кредит-рейтинг.
—Собираетесь ли вы получать международный рейтинг надежности?
Да, собираемся, и уже прошли аудит по международным стандартам. Но прорейтингуемся по международной шкале, только когда решим для себя, что это экономически целесообразно. Получив международный рейтинг, мы сможем перестраховывать риски других рынков.