Спасти зеленый

Невиданный случай — Президент одной из крупнейших мировых держав настоятельно просит руководство другой мировой державы предпринять решительные меры по спасению валюты этой второй державы от девальвации. Удивительно, но факт. Дело в том, что Президент Франции Н.Саркози в начале ноября призвал Конгресс США остановить падение доллара. Он заявил, что отсутствие порядка в монетарной системе может перерасти в экономическую войну, жертвой которой станут все. И не согласиться с ним сложно. Но, еще сложнее поверить в то, что США прислушается к призывам главы Французской Республики. Причин тому — я имею в виду рекордное снижение курса валюты США — несколько.
Начнем с так сказать, монетарной. И эти люди запрещают мне ковырять в носу! — этой фразой из анекдота на грани фола можно прокомментировать политику Федеральной резервной системы США, которая 31 октября снизила учетную ставку на 0,25 процентного пункта, с 4,75% до 4,5%.
Действительно, сколько американцы твердили нам через МВФ, Мировой банк, через разных советников и экспертов, что инфляция — это самый страшный враг экономики. И они же в условиях достаточно сильных инфляционных процессов, когда значение инфляции, которые использует ФРС для оценки ситуации, превышает максимально допустимые с точки зрения этой организации значения, когда цены на такие ключевые индикаторы как нефть и золото показывают многолетние, а то и исторические максимумы — ставку снижают! То есть стимулируют кредит, а значит — и инфляционные процессы. И чего прикажет ждать в плане курса доллара?
Подобные действия ФРС говорят о том, что в рецептах для себя они считают экономический рост более важным показателем, чем рост инфляции, а в рецептах для нас — наоборот. А также о том, что проблемы мировой финансовой системы (а с учетом роли доллара мировая финансовая система и американская — это практически одно и то же) могут быть куда более серьезными, чем нас стараются уверить. В конце концов, в Англии (Англии!) стояли очереди в банки (ну, пусть пока в один банк), из желающих забрать свои вклады. Срочно забрать. Да, американский ипотечный кризис понемногу накрывает Англию. А там и до континентальной Европы рукой подать — по крайней мере, Испания и Эстония пребывают очень даже в сложном положении.
Вообще-то скандал с американскими ипотечными долгами — симптом глубокого системного кризиса, надвигающегося на мировую финансовую систему.
Предотвратить его без жесткой реструктуризации экономики единственной супердержавы невозможно, а провести ее будет весьма не просто, и вот почему.
Одним из результатов кредитно-денежной политики США начиная с 70-х и, особенно, в последние годы, стало появление двух, беспрецедентных по масштабам, спекулятивных пузырей: одного на фондовом рынке, второго — на рынке жилой недвижимости. В них, а также в их близнецах в других странах, сосредоточена большая часть виртуального богатства человечества, стоимость которой, если мерить линейкой финансовых спекулянтов, превышает 100 триллионов долларов. Уже ничто не в состоянии спасти эти пузыри — экспонента, на значительном удалении от нуля, очень серьезная функция, против которой бессилен даже печатный станок ФРС. Поэтому величайший экономический кризис последних ста, а может и двухсот лет, начнется именно с подрыва этих пузырей.
Экономика Соединенных Штатов Америки носит ярко выраженный долговой характер. Это, в общем, и не очень скрывается. А чему, собственно, равен совокупный долг США? Напомним, что совокупный — это с учетом долгов федерального правительства, правительств отдельных штатов, муниципалитетов, корпораций и домохозяйств. При этом имеются в виду только долги живые, которые являются реальными активами финансовой системы; отложенные долги типа долгов пенсионной системы мы здесь не считаем. Так вот, составляет этот объем на сегодня около 50 трлн. долларов. Напоминаем, что ВВП США составляет около 12 трлн. долларов. То есть объем долгов составляет 4,5 годовых ВВП этой страны.
Можно посчитать иначе. Мировой ВВП по паритету покупательной способности равен примерно 60 трлн. долларов. То есть американская экономика уже живет в ситуации, при которой почти весь годовой мировой ВВП должен быть возвращен за их долги. Это очень много. К тому же, темпы роста совокупного долга США уже много лет подряд составляют около 10% в год. Это в 2,5 раза выше темпов роста мировой экономики и более чем в 3 раза — экономики американской. И возникает вполне естественный вопрос: а что делать с этим долговым кризисом?
Ну, например, остановить выдачу кредитов. Тогда недобросовестные заемщики обанкротятся, их долги реструктурируют, и ситуация вернется к более или менее приличным параметрам. Но нет, такое решение невозможно. По крайней мере, по двум принципиально различающимся причинам. Первая состоит в том, что в США очень высокий уровень потребления. И серьезно снижать его невозможно без острого кризиса социально-политической системы. На что действующие власти не пойдут (и не только американские). А спрос этот во многом подкрепляется за счет потребительского и ипотечного кредитования.
Вклад США в мировой ВВП составляет, по различным оценкам, от 18% до 25%. А вот в потреблении их доля составляет уже около 35-42%. Иными словами, потребление американских граждан дотируется практически наполовину. При этом только часть дотаций приходится на прямые кредиты, другая часть осуществляется за счет трансфертных цен и завышенного курса доллара. Но проблема в том, что в случае начала долгового кризиса перестанут работать и механизмы прямого и косвенного дотирования потребления. В результате неизбежно и за достаточно короткий срок произойдет почти двукратное снижение жизненного уровня американцев, сопоставимое по масштабу и последствиям с социальной катастрофой начала 90-х в Украине.
Вторая причина, по которой невозможно остановить эмиссию долгов, — структурный кризис в США. Что такое структурный кризис? Это, грубо говоря, несоответствие структуры производства структуре потребления. Научные исследования сегодня дороги, очень дороги. Они стоят десятки, а то и сотни миллиардов долларов. Их не могут потянуть даже самые крупные корпорации (не только американские). Нужна помощь государства и его финансовой системы. И вот в некоторые новые сферы начинают закачивать сумасшедшие деньги, развивают науку, строят производственные корпуса, не имея достаточных доказательств того, что все это будет востребовано. И когда, наконец, все это построено и начинаются продажи, то вдруг обнаруживается, что они не окупают сделанные вложения.
Что делать в такой ситуации? Закрывать отрасли? Но кризис Интернет-компаний весной 2000 года показал, что крушение (и то остановленное в самом начале) только одной отрасли может стать началом краха всей экономики. Такого допускать нельзя. И эти отрасли продолжают накачивать капиталом в расчете на то, что рано или поздно они могут выстрелить. Или просто потому, что закрыть такой значительный кусок экономики просто невозможно. Это не значит, что данные отрасли вообще не работают, а только поглощают деньги.
Нет, они работают, производят, продают. Но только вкладывается в них существенно больше, чем они могут продать, — и так из года в год.
Останавливать рост долгов в такой ситуации невозможно, поскольку придется автоматически закрывать до трети американской экономики. А может, и больше.
Сейчас США не так уж много может предложить мировому рынку. Это страна с умершей сталелитейной, умирающей автомобилестроительной, машиностроительной и другими отраслями. Некогда гиганты мирового автопрома Ford и Chrysler влачат весьма жалкое существование, GM и вовсе несколько лет находится на волоске от банкротства, а лидером продаж автомобилей в Америке стала японская Toyota. Не лучше обстоят дела и в других отраслях промышленности.
Так, если посмотреть текущий платежный баланс США, то единственной суперсильной экспортной строкой в нем будет самолетостроение. ВВП США растет исключительно за счет весьма волатильных и зыбких доходов финансового сектора экономики. При этом привыкшее жить в долг население практически отказалось от каких-либо сбережений.
И все-таки мы поторопились с заявлением о том, что США нечего предоставить мировому рынку. В сложившейся ситуации самым главным экспортным товаром Америки стал доллар. Важнейшим фактором, который способствует привлечению капитала из остального мира в США, является увеличение американской денежной массы. Тот факт, что доллар США является основным международным средством обмена, создает для Америки возможность перенаправить реальное снабжение из других стран в свои пределы. Другими словами, когда выпускаются новые доллары, то первыми их получателями становятся американцы, которые могут обменять их на иностранные товары и услуги.
Американцы имеют возможность осуществлять обмен ничего на что-то, потому что только США могут выпускать американские доллары.
Постоянный экспорт долларов вынудил США прибегнуть к их ускоренной эмиссии. Причем, если рост обычной денежной эмиссии (выражаемый агрегатом М1) еще находится в рамках приличий, то взрывной рост кредитной эмиссии (выражаемый агрегатом М3) вызывает нешуточные опасения экономистов. Результат — рост инфляции не только в США, но и во всей мировой финансовой системе, абсорбирующей доллары. В итоге набирает силу процесс избавления от долларовых активов сопровождается падением стоимости доллара относительно основных валют. Несколько упрощенно это выглядит так: Резиденты страны А продают активы страны В за валюту страны B. Затем выводят деньги в валюте B на Форекс, где покупают за них валюту своей страны А и переводят ее на внутренние счета. То есть, количество валюты A на открытом рынке уменьшается, а валюты B — увеличивается, в результате чего, кросс-курс валюты B к валюте A снижается. В качестве валюты страны В стоит считать доллар США. В качестве валюты страны А предлагаю подразумевать евро и японские иены.
Что может поддержать американский доллар? Для этого есть один единственный, но действенный механизм — согласованные валютные интервенции крупнейших Центробанков мира. Кстати, очень интересный вопрос — почему они фактически не осуществлялись в 2007 году? Не это ли стало одной из причин рекордного снижения курса доллара?
На первый взгляд это выглядит странно — зачем правительствам стран-членов ЕС, Японии или Китаю поддерживать американский доллар? Тут дело отнюдь не в патриотизме. Ослабление американской валюты делает все более неконкурентоспособными многие европейские и японские товары на рынках США.
Аналогично — товары, производимые в Штатах, получают дополнительную возможность быть проданными именно в силу того, что евро и иена усиливаются по отношению к зеленому. Следствие этих процессов — замедление экономики стран Еврозоны и Японии, ухудшении их товарных и платежных балансов. Грубо говоря, это — дорога к тому, что сейчас происходит в США. Конечно же, это явное преувеличение, но все большое начинается с малого. Точно также, снижается поток отнюдь не самых бережливых американских туристов в европейские страны, что также не вызывает радости у правительств этих государств (напомним, что сектор туризма в развитых странах Европы занимает очень ощутимую часть в ВВП). Китай здесь не в счет, так как искусственно завышенный юань позволяет поддерживать экономику этой страны в конкурентном состоянии. Думаю, что руководители крупнейших Центральных банков мира проводят активные, но тайные консультации по вопросам интервенций в поддержку доллара США. Практически не сомневаюсь в том, что эти интервенции будут осуществляться — ибо возможность приближения курса доллара к евро к отметке 1,5 серьезнейшим образом пугает лучшие экономические умы Старого Света и Азии. Пугает не прогнозируемостью последствий.
Ситуация с реакцией на падение курса доллара имеет серьезные отличия в разных странах. Наименее уязвимой в этом вопросе является Германия — так как 40% ее экспорта направляется в страны Еврозоны. Однако, и тут не без проблем — прирост экспорта в Германии за сентябрь текущего года составил всего лишь 0,3%, что является наименьшим показателем за поcледние 2,5 года.
Приведу еще один пример — руководство концерна BMW заявило. что из-за снижение курса доллара по отношению к евро, этот автопроизводитель за 4 года недополучил 2 миллиарда евро прибыли. Похуже дела во Франции и Италии.
Экспорт первой в страны, которые рассчитываются долларом, составляет около 70%. У Италии этот показатель и того выше — около 75%. Так что не стоит удивляться усилиям Н.Саркози, направленным на поддержку пошатнувшегося доллара.
К тому же, есть еще поддерживающие экономику Штатов факторы. Все-таки выше мы несколько сгустили краски, утверждая, что США сейчас могут похвалиться перспективами лишь самолетостроения. Есть еще такая отрасль, как программирование, где американские компании невероятно сильны. А ведь есть еще и фармацевтика. Да и в нефтедобыче на первых ролях все же компании из Штатов. Так что не стоит спешить списывать со счетов экономику США. Тем более, что именно американцы зарекомендовали себя наиболее гибкой нацией в мире — уверен, перестроятся.
Да, а что же Украина? Глава Совета НБУ П.Порошенко утверждает, что в силу слабой интеграции нашей страны в мировые финансовые рынки нам ничего не грозит. Сложно однозначно прокомментировать это высказывание. Смотря что подразумевать под возможными проблемами вследствие ипотечного кризиса в США или ускоренного падения американского доллара? Думаю, что в этом вопросе все обстоит несколько проще. Главный довод сторонников отвязки гривны от доллара состоит в том, что якобы гривна обесценивается по отношению к евро вместе с зеленым. Формально это так и есть. Однако на практике все это не оказывает реального влияния на экономику Украины, кроме психологического, активно подстегиваемого все теми же сторонниками ревальвации гривны.
Согласитесь, что отнюдь не в стремительном падении доллара причина роста цен на продукты питания в Украине или увеличения негативного сальдо платежного баланса. Более того, пусть и формально, но слабеющая по отношению к евро гривна усиливает возможность для экспорта украинской продукции в страны Европы. Таким образом, Украине вряд ли целесообразно опасаться последствий сложных явлений, происходящих на мировых финансовых рынках. Тем более, что не стоит исключать и перемены тенденции на них. К тому же, если так уж сложилось, что львиная доля экспортных контрактов заключена именно в долларах США, и многие из них носят долгосрочный характер, то игнорировать этот факт нельзя никак.
А еще от снижения доллара на мировых рыках реально выигрывают те украинские заемщики, которые имеют выручку в евро, иенах, юанях. В конце концов, и для спекулянтов появляется некая отдушина — как раньше, в 90-ые они играли на курсе немецкой марки, так теперь, они вполне могут упражняться на евро. И напоследок замечу, нам надо бы сделать выводы из произошедшего в США.
Безудержный рост ипотечного и потребительского кредитования в Украине, неразборчивость при выборе обеспечения по кредиту, не внимание к истинному финансовому положению заемщиков — это ведь не только американская ситуация.
Все это мы имеем и у нас. Только, в случае возможных затруднений в работе финансовой системы Украины (и не стоит потом обвинять в этом внешние силы — сами изрядно постарались), кризис украинской экономики пройдет гораздо стремительнее, нежели в США. И последствия будет иметь гораздо более губительные — не пока у нас базиса, который сдемпфирует падение.